— Простите, друг мой, — чуть виновато улыбнулась я.

— Вы были прощены раньше, чем успели наговорить гадостей, — со смешком ответил герцог и вдруг стал серьезным: — А теперь давайте обсудим более важную тему. Что вы думаете обо всём этом?

Пояснять, о чем он говорит, было лишним. Но ответить я не спешила, потому что сказать мне было нечего. Признаться, я не могла до конца определиться с приглашением Штоссена. С одной стороны оно было странным, потому что мы знали от Элькоса, насколько танры закрыты от внешнего мира. А с другой стороны, нас ни в какие тайны и не спешили посвящать. Поселили в обустроенные комнаты, кормили, пусть и ограничили в передвижении, но пленниками мы вроде бы не были.

— Я не понимаю, зачем он нас пригласил, — первым заговорил сам герцог, так и не дождавшись от меня ответа. — Да, могу предположить элементарную вежливость, и что причиной стало ваше положение, и все-таки что-то цепляет. Возможно, я слишком подозрителен, этого тоже исключать нельзя. Однако мне до зубовного скрежета не нравится, что нас разделили с остальными. Отчего было их ни пустить?

— Потому что вооружены, — предположила я.

— Ерунда, — отмахнулся Ришем. — У них посты стоят у стены, и явно не только неподалеку от ворот, но и по всему периметру. Два человека на пост мало, никто долго не выдержит бесконечной службы, должен быть отдых. Значит, предположим, что на каждый пост приходится три-четыре человека, и даже если постов десять, то это уже сорок против девяти вооруженных людей. Даже добавим к ним кучера, меня и Эгнаста, это всего лишь двенадцать против сорока…

— А я? — с улыбкой спросила я, и Нибо кивнул:

— Хорошо, двенадцать с половиной, — затем окинул меня взглядом и поправился, — двенадцать с четвертью. — Я возмущенно фыркнула, и его светлость потрепал меня по плечу, явно успокаивая. — В любом случае, их больше в несколько раз, а то и в несколько десятков раз. И поставить условие — сдать оружие, дело пары минут. К тому же они знают поместье, мы нет. Но впустили только нас, а остальных отправили прочь, хотя эти люди — наше сопровождение. Для ремонта кареты хватило бы и одного Лоллита, но спровадили всю нашу защиту.

— Однако и нас особо не удерживали, — заметила я.

Герцог, закусив губу, некоторое время молчал, а после отрицательно покачал головой:

— Нас пригласили весьма настойчиво. — Я ответила удивлением во взгляде, а Нибо пояснил: — Вы, дорогая. Вы стали поводом. Штоссен сразу поставил вопрос так, что отказаться от гостеприимного предложения, значит, облечь вас на неудобства, а может и на страдания. Любой воспитанный мужчина, на котором лежит забота о даме, выберет ее удобство, если только случай не располагает к вынужденным лишениям. Нам же предложили кров, стол и удобство. Я не имел права отказаться.