А потом мы вышли к особняку, и я даже испытала разочарование, потому что и в нем таинственного не было ни капли. Даже архитектура была вполне привычна, будто дом перестраивали под каждую новую эпоху.

— Ах, какой милый особняк, — всё равно восхитилась я, хотя, признаться, рыбки мне понравились больше.

— Прошу вас, — приглашающим жестом повел в сторону особняка Штоссен. — Сейчас вас проводят в гостевые покои. А позже, когда вы передохнете, пригласят в столовую. Только прошу вас, если пожелаете прогуляться, кликните прислугу.

— Да, разумеется, — с достоинством ответил Нибо, и мы вошли в особняк…

Глава 20

Глава 20

Мы с Нибо брели по узким дорожкам, вившимся среди деревьев в саду, где плоды на ветвях успели налиться сочностью. Несколько преждевременно, но здесь царила магия, и потому наше удивление сему факту было фальшивым, хоть и высказано оно было с предельной искренностью. Слуга, сопроводивший нас сюда, с улыбкой ответил, что в их местах урожай созревает рано. Мы сделали вид, что удовлетворились ответом, даже позавидовали, но остались при своем мнении.

— У меня на юге в это время и то не все еще созревает к этому времени, — тихо фыркнул Ришем, когда лакей, объяснив нам границы дозволенные для прогулки, исчез из поля зрения. Я с герцогом согласилась, уж он-то точно знал, о чем говорил.

Уже вечерело. Солнце, щедро поливавшее землю лучами, постепенно клонилось к закату, и жара отступила. Несмотря на обещание Штоссена, нас пока никто и никуда не приглашал. Апартаменты выделили весьма недурные, объединенные внутренней дверью, обед подали в комнаты, а знакомиться с нами хозяева не спешили. Да и карета наша всё еще не вернулась за нами.

Избегая откровенных разговоров в доме, мы с герцогом говорили о самочувствии Элькоса, о котором мы тоже всё еще ничего не слышали. Еще обо мне и моем состоянии. Немного поиграли в семью, на случай, если нас подслушивают, чтобы не нарушать созданного нами образа, даже повздорили, и «деверь» вновь успокаивал «невестку», обещая в который раз быть терпеливей. Потом «помирились» и после обеда разошлись по комнатам, чтобы вздремнуть, раз уж заняться более нечем.

А к вечеру я сказала, что желаю прогуляться. Следуя указаниям Штоссена, мы призвали лакея, и он повел нас в сад, где и оставил одних, если не считать Эгнаста, шагавшего за нами. Ему, кстати, не удалось побродить по дому даже под предлогом заботы о хозяевах. Вежливо, но непреклонно нашего соглядатая вернули в комнаты и обещали дать нам всё, о чем мы попросим. А раз ничего подсмотреть и узнать не вышло, он тоже решил развлечься прогулкой.