— Устала?

Я разомкнула веки и встретилась с ласковым теплым взглядом моего возлюбленного. Улыбнувшись ему, я кивнула, и Танияр протянул ко мне руки:

— Иди ко мне.

Дайн отложил свою книгу, взятую в дворцовой библиотеке, и когда я приблизилась, усадил к себе на колени. Я обняла мужа и прижалась щекой к его щеке.

— Тебя не радует то, что ты читаешь, — произнес Танияр, поглаживая меня по спине.

— Вряд ли здесь уместно это выражение, — улыбнулась я. — Радовать может день, событие, человек. А это прошлое, и как бы мы не относились к нему, оно уже свершилось.

Танияр повернул ко мне голову. Мгновение смотрел, а после прижался к моим губам в недолгом поцелуе. Я не ответила. Не потому что не хотела, просто смаковала соприкосновение наших губ и его томительную нежность…

— Я наблюдал за тобой, — отстранившись, продолжил дайн. — Ты хмурилась, и я подумал, что слова адана тебе не нравятся.

Теперь я задержала на нем взгляд, вдруг ощутив любопытство. Отчего-то до этой минуты я не задумывалась, а теперь захотелось понять:

— Почему ты сам не читаешь книгу?

— Ты хочешь отдать мне ее? — с иронией спросил дайн. — Ашити выпустит из когтей добычу и будет ждать, пока я научусь ее читать?

— Нет, разумеется, — тут же ответила я и рассмеялась.

Ответ был очевиден. Танияр знал, как ревностно я отношусь к любому делу, которым занималась. И уж точно помнил мои жалобы на его брата, когда Архам своей помощью довел меня до белого каления.

— Я прочитаю ее однажды сам, — с улыбкой сказал мой супруг. — Пока я слушаю тебя, и ты говоришь мне всё, о чем узнала. Так почему ты хмурилась?

Ответить я не успела, разве что открыла рот, но стук в дверь прервал меня. Поднявшись с колен мужа, я отозвалась:

— Войдите.

Дверь открылась, и на пороге появился Элдер Гендрик. Он показался мне немного рассеянным, даже взволнованным. Однако, решительно тряхнув головой, его сиятельство произнес:

— Шанриз, могу я пригласить вас с мужем в наши комнаты? Мне хочется показать вам кое-что…

— Да, разумеется, — с ноткой удивления ответила я и обернулась к Танияру.

Он поднялся на ноги, приобнял меня за талию, как делал обычно, мало заботясь о правилах приличий моего мира, и повел к выходу. Кстати, матушка смирилась с вольностями зятя. Даже больше, кажется, находила в них некую «первозданную» прелесть. «Восхитительный дикарь» — так ее сиятельство однажды шепнула мне, следя взглядом за моим супругом, и это был комплимент. Да, зять моим родителям все-таки пришелся по душе.