— Элькос…

— Только два перстня дают ему силу в этом мире! — воскликнула я и шумно выдохнула. Повышенный тон — не то, каким стоило разговаривать. — Что будет с той стороны, мы пока не знаем. Более того. Маска однажды исчерпает свое ресурс. Она и сейчас держится только за счет того, что напитали ее величайшие маги нашего мира, и они, — поспешила добавить я, — не знают дороги к Белому миру, а потому не помогут мне. Да и не захотят. Так вот, когда маска перестанет скрывать мой лик, что прикажете делать? Запереться в покоях или спрятаться в подземелье? Или же унести свое дитя в чащобу, чтобы Ивер Стренхетт не прознал про нас? Однако, что бы я ни сделала, скрыться мне уже не удастся.

Во дворце нос в тайну сунут слуги, и вы не сумеете закрыть им рты. Значит, поползут сплетни. И всегда найдется тот, кто захочет выслужиться перед королем, а уж добраться до него несложно. Каждое лето он здесь, а всего лишь намек на мое возвращение, и он примчится к вам требовать ответа. И если он посчитает нужным, то подвергнет вас или батюшку магическому допросу. После него на разум, стало быть, и на то, что сможете и дальше любоваться дочерью и внуком, можете не рассчитывать. Впрочем, меня заберут в любом случае. Но долго ли я проживу после этого? Сказать, что дальше будет? Дальше будет уничтожен наш род, несмотря на все деяния. Стренхетт в ревности и злобе не простит вероломства, даже тем, кто не подозревал о моем возвращении. И это касается только этого мира.

В Белом мире наступят смутные времена. И хоть вам он безразличен, но мне дорог. Так вот дайн, имея наследника, возможно, никогда его не увидит. Жениться снова он не может, даже любовницу завести ему уже не позволено, потому что он дал клятву Создателю, которой было немало свидетелей. Стало быть, наследника ему придется выбирать, но сколько человек посчитают себя в праве на престол дайната? Значит, смута и борьба.

Более того! Со мной остается книга Шамхара. Танияр не заберет ее, потому что я хочу прочитать ее до конца. И, думаю, не заберет, чтобы иметь предлог вернуться. Предлог для Создателя. Отец ведь желал, чтобы прошлое открылось Его детям. Но если не сможет вернуться? Тогда Белый мир продолжит свое разрушение. Однажды илгизиты завоют таганы и племена, и верные дети Белого Духа поклонятся его мятежному брату. Духи предначертали вернуть своему миру прежнее величие, а не разрушить его окончательно. Я верю в это всей душой, потому что не вижу иного объяснения всех произошедших событий.

— Ох, — вздохнула матушка и, закусив костяшку указательного пальца, отвернулась.