Балих тщеславно прочел свой текст вслух и испытал то ни с чем не сравнимое ощущение, когда мана вспыхивает где-то на нёбе, изливается в мир внешний и творит чудо, меняет реальность по воле кудесника. Пусть чудо свершилось совсем крохотное, пусть дыхание Балиха всего лишь обрело приятный аромат, но это чудо, это настоящее чудо — и Балих не только его сотворил, но и сам придумал.
Листая книгу, юноша освежал в памяти и прочие заклинания учителя. Множество самых разных, но особенно часты чары боевые и демонологические. Те и другие ученик пропускал, пролистывал, потому что не желал ничего по случайности разрушить и уж точно не собирался призывать демонов и вообще никого. Эта часть Искусства Балиха совсем не прельщала, ему не хотелось становиться демонологом.
Демоны какие-то неприятные. Мало того, что их призывание — довольно трудоемкий процесс, так они еще и все время норовят дать тебе какую-нибудь ерунду в обмен на что-то ценное. Если не попросту облапошить или попытаться убить. Лучше уж колдовать самому, а если не получается, то и смириться с этим.
Учитель бы разозлился, услышав такие слова. Он считает, что маг должен быть всесилен. Не умеешь что-то сам — позаимствуй чужое могущество.
Балих остановился, когда нашел то заклинание, что запомнилось ему полтора года назад. Оно звалось непонятным словом «Йебсу», было придумано древним архимагом Кефнесом и наделяло силой неодушевленное. К заклятию прилагался еще и рецепт особой мази, но туда входили красная земля и бальзам из олибанума, а Балих не знал, где все это взять, да и не умел еще варить эликсиры.
Креол его этому совершенно не учил.
Так что он решил просто попробовать прочесть слова. Все равно у него вряд ли что получится, это же чужое заклинание, он им не владеет. Но если все-таки сработает… воистину учитель будет им гордиться.
Положив одну руку на магическую книгу, а другую на свой рисунок, Балих как можно торжественней произнес: