Эдуард уже набирал Бернардо, когда Мика с Натэниэлом подошли к нам. У них обоих были очень серьезные лица, которые помогли мне обрести контроль над собой.

— Насколько все плохо?

— Она была уверена, что влюблена в Ранкина. — Тихо сказал Мика.

— Он полностью промыл ей мозги. — Добавил Натэниэл. — И ему почти удалось проделать то же самое со мной.

Я взяла его за руку. Другую ладонь Натэниэла держал Мика.

— Сейчас она выглядит нормально. — Заметила я.

— Сейчас. — Сказал Ру. — Но неизвестно, сколько это будет продолжаться, если мы не будем прикасаться к ней или делиться с ней своей силой, чтобы она могла защитить себя.

— Мы не можем держать ее за ручку всю жизнь. — Сказала Родина.

— Нет, не можем. — Вздохнул Натэниэл.

— Кого держать за ручку? — Поинтересовался Олаф. Я чуть не подпрыгнула на месте. Я не слышала, как он подошел. Я была беспечной — не в фатальном смысле, но я не могу позволить метафизическому дерьму мешать мне четко воспринимать действительность. Олаф наклонился ко мне, и я почувствовала тонкий флер энергии его зверя, когда он шепнул:

— О чем разговор?

Я шагнула подальше от него и поближе к своим ребятам. Это помогло мне отогнать от себя его энергию, но в голове все же вспыхнули янтарные глаза моей львицы. Она проснулась, и ей было любопытно, откуда вдруг повеяло теплом.

— Тед введет тебя в курс дела. — Сказала я. Эдуард отвел Олафа в сторонку, чтобы рассказать ему, что он пропустил.

Бернардо вошел в вестибюль, позволяя нам всем полюбоваться на то, какой эффект он оказывал на окружающих. Все женщины и даже некоторые мужчины глядели ему вслед, как будто никогда в жизни не видели такого высокого темноволосого красавца. Некоторые полисмены провожали его взглядом, который как бы говорил: «Если ты такой дерзкий, должен ли я тебя опасаться?». Бернардо был достаточно высок и отлично сложен. Он двигался грациозно — нечто вроже мужской версии модельной походки, но в более атлетичном варианте. Он был сексуальным хищником. И эта мысль мелькнула у меня в голове несмотря на то, что я стояла в окружении мужчин, которые в буквальном смысле были хищниками — в той или иной форме.

Натэниэл шепнул мне:

— Напомни, почему ты с ним так и не переспала?

Ру приблизился ко мне сзади, пристроив подбородок на моем плече.

— У меня тот же вопрос.

— Если бы вы видели его у бассейна с другими женщинами, вы бы поняли. — Сказала Родина.

Мы успели забыть о том, что слух Олафа больше не был человеческим, так что он тоже подключился к разговору, тихо сказав: