— Вы — маршал Анита кто?

— Блейк. Маршал Анита Блейк, а вы — доктор кто? — Поинтересовалась я.

Он записал мое имя и ответил.

— Доктор Джеймесон.

— Доктор Джеймесон кто? — Не сдавалась я.

— Корбин Джеймесон. Какая разница, как меня зовут?

— Просто хочу убедиться, что ваше имя будет в списке смертников, как и наше. Вместе веселее, знаете ли.

Он прекратил печатать и посмотрел на меня — серьезно так посмотрел, как будто действительно захотел рассмотреть меня.

— О чем это вы?

— Объясни ему, зачем мы здесь, Ньюман. — Сказала я.

Ньюман вкратце изложил, что у нас на носу дедлайн, и что когда сроки выйдут, нам придется казнить Бобби Маршана, но мы уверены, что он не виноват.

— Вот почему мы здесь, доктор Джеймесон. Нам нужно собрать достаточно информации и улик по этому делу, чтобы точно не пришлось казнить невиновного. Джоселин Маршан — единственный живой свидетель, помимо обвиняемого. Мы не можем быть уверены в том, что его слова не имеют двойного дна, так что мы пришли сюда.

— Вы все — просто убийцы со значками. — Сказал доктор Джеймесон.

— Иногда мне тоже так кажется, но в этот раз я пытаюсь спасти жизнь. Вы поможете мне спасти жизнь, доктор Джеймесон? — Спросил Ньюман.

Доктор уставился на нас и смотрел дольше, чем, на мой взгляд, требовалось, но мы и так уже нарывались. Я должна держать язык за зубами. Думаю, мы все старались казаться искренними и безобидными. Некоторые из нас в этом преуспели, но Олаф старался больше всех.

— Мне и ваше имя нужно. — Произнес доктор, изучая Олафа.

— Я — Отто Джеффрис. Маршал Отто Джеффрис.

Доктор Джеймесон записал его имя и сунул телефон в карман своего халата. Он еще раз взглянул на нас, изучая каждого по отдельности — долго и основательно. Он как будто прикидывал, чего мы стоим, или, может, ему просто казалось, что если он будет долго на нас пялиться, мы рассыпемся под его железным взглядом. Хотя бы двое из нас смотрели на него очень спокойно. А вот у Ньюмана сегодня были проблемы с его пустым коповским лицом.

— Ну хорошо. Если вы оставите мне телефон, по которому с вами можно связаться, я сообщу, когда мисс Маршан придет в норму и сможет поговорить с вами. Но только в присутствии меня и как минимум еще одной медсестры. Это понятно? — Он вновь подарил нам суровый взгляд. Его интерны, наверное, в ужасе от него разбегались, но мы трое стояли спокойно.

Ньюман оставил свой телефон и мой — на всякий случай. Доктор убедил нас, что позволит опросить Джоселин, когда она очнется. Лучшего нам все равно не добиться, так что мы согласились и покинули больницу.