Однако животные упорно продолжали вести себя как самые обыкновенные собаки. Пара из них еще раз ткнулась носами ей в ноги, а затем вся стая затрусила назад в пустыню, откуда ранее и появилась. С крыши крыльца вспорхнули две вороны и полетели следом. Лия чуть отошла от дома и, прикрыв от солнца глаза рукой, стала наблюдать за собаками. Те, преодолев заросли кустарника, направились к большому пятну вытоптанной земли с кострищем по центру. Дальше высились красные скалы и виднелись скатившиеся с них валуны. А у кострища находилось двое взрослых парней: один стоял на коленях, а рядом на земле сидел другой. Через пару мгновений Лия узнала обоих: шаман Морагу и Стив Коул.

Что они там делали, было не разобрать, однако их занятие привлекало внимание и собак, и ворон.

Впрочем, все это Лии совершенно не касалось, и она уже собиралась уйти в дом, но тут Стив глянул в ее сторону и поднял руку — то ли поприветствовал, то ли поманил к себе. И тогда — верно, позвало в путь писательское любопытство — женщина решила рассматривать жест престарелого участника гастрольной команды «Дизел Рэтс» как приглашение.

Конечно, кратчайшее расстояние между любыми двумя точками есть прямая, но Лия сообразила, что быстрее всего она доберется до цели по извилистой тропинке, начинающейся в конце двора. Идея ломиться через кустарник, остерегаясь растопыривших свои колючки кактусов, ей не приглянулась. Обходной путь оказался довольно длинным, но в конце концов женщина достигла цели: обогнув по дуге кострище, она оказалась рядом с Морагу и Коулом. Впрочем, ее внимание привлекли не люди, а странная вещица, которую, очевидно, они и соорудили.

Это было некое скульптурное изображение — может, идол, или кукла вуду, или что-то вроде того, — сделанное из красной глины. Грубое подобие человеческой фигуры высотой менее полуметра, в голову которой веером воткнуты черные перья. Черты лица поданы эскизно: комочек глины вместо носа, две продавленные дырки изображают глаза, рот — кривая линия, прорезанная ногтем.

— Привет, — произнес Стив, отрываясь от созерцания фигурки. — Рад, что тогда вам удалось благополучно выбраться.

Лия кивнула, хотя вспоминать о последней встрече с Коулом ей не очень-то хотелось — уж больно фантастичным выдалось то приключение. Впрочем, память о событиях минувшего дня стала потихоньку меркнуть, как это и предрекала Мариса, и, странное дело, писательница обратила на это внимание, только когда увидела Стива и Морагу с их нелепой глиняной скульптуркой! И что интересно: воспоминания не просто стирались из памяти, они утрачивали живость — будто Лия не являлась непосредственной участницей всего случившегося, а выслушала чей-то увлекательный рассказ.