В соответствии с планом Варке разговаривать вообще не полагалось. «Стой, молчи, улыбайся, – напутствовал его крайн, – твое дело – держать щит и производить впечатление».

– Я понимаю, вы удивлены, но, может быть, все-таки перейдем к делу? – Илка был настроен точно выполнить все указания крайна и очень боялся забыть хоть слово. Выговориться бы побыстрее, а то эти старые пни только время тянут да глазами хлопают. – Повторяю, я хотел бы видеть городского старшину.

Выказывать надменность и полное пренебрежение к низшим существам в присутствии этих солидных, властных, хорошо одетых людей было страшновато, но Илка старался как мог: и подбородок задирал, и глаза прищуривал, и говорил отрывисто, как бы сквозь зубы.

– Я – старшина города Бренны, Анджей Осокорь. Что вы имеете мне сообщить?

Подняться, оторвать усталое грузное тело от кресла было смертельно трудно, но беседовать с крайнами сидя Анджей просто не мог.

Илка набрал в грудь побольше воздуха и заговорил, как было приказано: веско, медленно, совершенно спокойно.

– Господин старший крайн был неприятно удивлен, узнав, что вы без его ведома вступили в переговоры с князем Сенежским. Господину старшему крайну также стало известно, что вы без единого выстрела сегодня впустили в город отряд из сотни всадников князя Сенежского.

– Почетное сопровождение их посла, чтоб ему ежа родить против шерсти! – встрял начальник стражи.

– Господин старший крайн надеется, что это простое недомыслие, а не прямая измена. Завтра мы, как полномочные представители пригорских крайнов, дадим послу господина Филиппа Сенежского все необходимые объяснения. Город сдан не будет.

Илка перевел дух, но тут в полумраке комнаты поднялся крепко сбитый господин, полный сознания собственной значимости.

– А известно ли господам… кхм-кхм… крайнам, что на Гусином лугу вчера стало лагерем войско числом в три тысячи ратников под командой старшего княжича, Аскольда Сенежского?

– Известно, – ответствовал Илка. Бесконечные ряды походных палаток, сиявшие лунной призрачной белизной, огни костров и тусклый блеск шитых золотом стягов на обширном лугу за Тихвицей прекрасно просматривались с угловой башни.

– А известно ли им, что в Лисьих Норах и в Пучеже отряды в две и пять тысяч человек ожидают только сигнала к наступлению на Пригорье?

– Известно, – безмятежно парировал Илка, хотя слышал об этом впервые. Помнится, господин Лунь хотел разбираться с ними вежливо и дипломатично. Любопытно, как у него это получится. М-да… Интересно, открылись ли уже перевалы в Загорье?..

– А известны ли господам крайнам численность гарнизона Бренны и состояние ее укреплений?