– Ой, – смутился Варка, – извините. Я не думал, что она такая ценная.

– Что вы, господин крайн. Для нашей семьи это большая честь. Вы позволите забрать ее?

– Ну да. На кой она мне сдалась… вы ее того… в землю воткните. Она укоренится, в рост пойдет.

– Непременно, пресветлый господин крайн, непременно.

Довольный меховщик поволок ветку к выходу, за ним, беспокойно переговариваясь, потянулись остальные. Господин Томаш покинул кабинет в первых рядах, было слышно, как он топает и бранится, спотыкаясь на лестнице. Лишь городской старшина остался, тяжело осев в кресле.

Илка придержал за локоть начальника стражи:

– Пошлите людей, чтобы очистить трущобы у реки. Сегодня ночью все должны укрыться в городских стенах. Иначе их гибель будет на вашей совести.

– Не извольте беспокоиться, пресветлый господин крайн. Все исполню. Вы где ночевать будете? Здесь или того… – он покосился на окно, которое теперь беспрестанно скрипело и хлопало под ударами разгулявшегося ветра.

– Здесь, – сказал Илка, – нам приказано просмотреть городскую отчетность.

На самом деле им было приказано сидеть тихо и не высовываться, но такой ответ определенно придавал солидности.

– Тогда я караул отзывать не буду. Безопасности ради.

Илка милостиво кивнул, и начальник, отпущенный на волю, мгновенно исчез, хлопнув тяжелыми створками. За дверью тут же раздались вразумляющие командные вопли и быстрый топот тяжелых сапог.

– Как думаешь, ему можно доверять?

Варка с сомнением покачал головой:

– Кто его знает. Может, он обижен на город. Или жалованье ему недоплатили. Или Вепрь заплатил больше.

– Ему можно доверять, – тяжело ворочая языком, выговорил городской старшина, – я его с пеленок знаю. Он нашу Бренну любит больше, чем себя.

– А такое бывает? – мрачно спросил Илка.

– Бывает, – вздохнул Варка, – полковник Град, вон, тоже…

– У него другого выхода не было.

– Откуда ты знаешь?