Во время завтрака Мариетта все время смотрела в окна на бледное английское солнце в окружении облаков.

– Поздравляю с Рождеством, дорогая Мариетта, – такими теплыми словами встретила ее Ида, чем растрогала Мариетту. Возможно, мать почувствовала – что-то изменилось. – Я так обожаю эти праздничные дни, – продолжала Ида, усаживаясь за стол и любуясь венками из плюща и остролиста, обрамляющими свечи. Потом она посмотрела на Мариетту. – Однако я не сомневаюсь, что новый год принесет нам еще один повод для праздника.

Мариетту охватило разочарование. Она ничего не ответила.

– Несомненно, – вставил сидящий во главе стола Теодор, жестом приказывая слуге налить ему кофе. Тот поспешил выполнить приказ. – Однако у меня была назначена сегодня утром встреча с Дроссельмейером, чтобы обсудить дальнейшие планы. Я считал, что наш добрый доктор хочет сыграть свадьбу тотчас же, но…

Ида с беспокойством посмотрела на него:

– Но, Теодор, ты должен умерить его энтузиазм. Мне потребуется достаточно времени, чтобы организовать свадьбу, достойную нашего положения в обществе. Она должна быть превосходной во всех отношениях.

Фредерик бросил взгляд на Мариетту, но его озабоченность сменилась озадаченностью, когда она улыбнулась, опустив взгляд в свою севрскую чашку с кофе. Не обращая внимания на беседу родителей, она положила себе в кофе еще один кусочек сахара серебряными щипчиками и наслаждалась вкусом, по которому так долго скучала.

– Тебе обязательно меня перебивать? – Теодор посмотрел Иде в глаза, казалось, при соприкосновении их взглядов раздался звон стали. Он кашлянул, видя, что Фредерик нахмурился. – Как я говорил, мне казалось, что он очень в этом заинтересован, и я был очень разочарован, когда он не явился.

– Может, он забыл. В конце концов, сейчас Рождество, – сказал Фредерик.

– Это странно. Я поговорил с его дворецким и выяснил, что он не видел Дроссельмейера сегодня утром. Также никто не видел, как он вернулся домой вчера ночью. Похоже, этот человек просто исчез.

Сделав последний глоток кофе, Мариетта поставила чашку.

– Мне кажется, я оказалась последней, кто говорил с Дроссельмейером. Боюсь, он ушел очень недовольный. Возможно, исчез, чтобы зализать свои раны. – Ее руки не дрожали, когда она вспомнила, как он рассыпался в пыль и исчез вчера ночью. В конце концов, причиной его гибели стали его собственные поступки. Мариетта не хотела, чтобы чувство вины оставило след в ее душе. И ей не хотелось думать о том, что ее могут обвинить в его исчезновении, если его будут расследовать, ведь кто поверит в какое-то колдовство?