Как-нибудь в другой раз я опишу экзекуцию под названием инспекторский осмотр, иначе эту процедуру придирчивых поисков недостатков в работе командиров на судне не назовешь. Правда, на сей раз все замечания проверяющие списывали на моего предшественника, но старпому, стармеху и боцману пришлось попотеть. Стоять вроде как свидетелем мне было неприятно, члены комиссии словно подчеркивали: что с тебя, молодого и неразумного, взять! Оценку поставили удовлетворительную, но замечаний написали более двадцати пунктов. Когда механики-наставники ушли к стармеху, а капитаны-наставники в мою каюту, на судно прибыли начальник Службы мореплавания и зам. начальника пароходства. Перед ними за рейс отчитался Леемет, дал похвальную оценку моих действий, отметив при этом, что молодой капитан склонен временами к неоправданному риску. Тут его прервал зам. начальника вопросом, в чем конкретно это выражалось?

Смущенный старый морской волк ответил, волнуясь, глядя на меня и путая русские и эстонские слова:

— Молодой селовек. Сто фы торпитесь? Снаете, сто море не люпит спеска. Польсой туман стоять надо. Спесыть — кур смесыть. А фообсе, он путет хоросый капитан.

У присутствующих при этих словах губы растянулись в невольной улыбке и весело заблестели глаза.

— Что ж, я думаю, капитан-наставник все сказал, — на правах старшего взял слово Борис Михайлович Левенштейн. — Спешить нельзя, но работать поспешая необходимо. Для скидки на молодость у нас времени нет, принимая новые суда, учиться придется на ходу. И водить их придется по-новому — быстро, но соблюдая правила хорошей морской практики. Во вторник на совете пароходства доложу наше решение. Поздравляю вас с первым успешным рейсом и желаю вам счастливого и безаварийного плавания.

В этот день я пришел домой поздно, наставники поздравляли меня с первым рейсом от души, что, конечно же, было приятно.

ПЕРВЫЙ УСПЕХ

"И одурев от качки, ветра воя,

В радар до боли проглядев глаза,

Мы будем спорить с бешеной волною

И вслушиваться в шторма голоса".

* * *