После нескольких залпов насмешек женщина, очевидно, решила, что с нее хватит. Она быстро встала, оказавшись заметно выше большинства противников. Болтовня смолкла, и солдатня расступилась, давая ей дорогу. Катуанка неторопливо допила вино, осторожно поставила чашку на стол и вышла. Солдаты стояли, онемев, как напуганные щенки. Неудивительно.

Всё. Представление закончилось.

Ну или так показалось Цисами.

Солдаты приободрились, когда катуанка ушла. Они сгрудились кучкой и принялись громко судачить. До Цисами донеслись обрывки фраз — «дикарское оружие», «штучка на память», «можно пропить». Затем пузатый подал сигнал остальным, и вся компания скрылась на лестнице.

Цисами вышла на балкон и облокотилась на перила в ту самую минуту, когда солдаты свернули в переулок. Цисами насчитала шесть человек — ее бы это не затруднило, но она сомневалась, что катуанка может сравниться с ней в умении (никто не сравнился бы). Цисами рассеянно потянулась за чашкой и обнаружила, что та пуста. Она уже собиралась заказать еще вина… и вздрогнула.

Цисами спрыгнула с балкона, приземлившись, как кошка, и тихонько засвистела — до ужаса фальшиво — и, пьяно кренясь с боку на бок, последовала за солдатами. Она нагнала их, когда они окружили катуанку. Их хриплый смех эхом отдавался от стен проулка.

— Катуанцам нельзя носить оружие. Тебя за это следует высечь. Но если отдашь меч, ну и деньги заодно, мы, может быть, закроем глаза на твое преступление.

— Доспех мне тоже нравится. Всегда хотел разжиться чешуйчатым катуанским доспехом.

— Некогда, дурак!

Пузатый поднял саблю и небрежно потыкал женщину в грудь.

— Ну, что скажешь, катуанское отродье? Отдавай оружие, или мы снимем его с твоего трупа.

Цисами потянулась за ножом. Это большое пухлое тело представляло собой прекрасную мишень. Какая рана заставит его вопить громче? Цисами пыталась выбрать между правой подмышкой и поясницей, когда, к сожалению, ее лишили права выбора.

Катуанка бросилась вперед. Два стремительных удара в мгновение ока повергли наземь сразу несколько человек. Она схватила за запястье солдата, который вытаскивал меч, и с такой силой ударила коленом в живот, что бедняга подлетел в воздух. Избежав удара в спину, она развернулась и одновременно сорвала с пояса длинное оружие, похожее на кнут. Он закружился и щелкнул одноглазого по лицу, заставив его рухнуть навзничь.

Один из солдат схватился за огромный боевой молот, однако кнут обвился вокруг рукояти и резко выдернул оружие у мужчины из рук. Он получил собственным молотом по зубам, когда катуанка потянула кнут к себе. Голова у солдата запрокинулась и стукнулась о каменную стену. Скорее всего, он умер, прежде чем сполз наземь.