Жасминовое мыло.

Нет. Не может быть!. Я уставилась на вице-регента, будто впервые в жизни. Светлые волосы. Спокойные карие глаза. Масляный тембр, проникающий в душу… И другой, схожий голос: «Я был морриганцем. Бастардом, внебрачным сыном высокородного лорда».

Дыхание спёрло. Ну как же я раньше не догадалась?!

Не услышала сходства в голосах?

Вице-регент — отец Кадена. Тот, кто в бессердечности не уступает самому Комизару; кто бил сына и за медяк продал бродягам.

Он смотрел на меня с надеждой.

Но заговорщик ли он?

«На моей совести и без того столько горьких ошибок».

В его взгляде промелькнула тревога.

Неужели боится за меня?

Или что я раскрыла его тайну?

— Разве я могу довериться человеку, который вышвырнул восьмилетнего сына, как мешок с мусором?

Его глаза округлились.

— Что? Каден жив?!

— Жив. И по-прежнему в шрамах. Он так и не оправился от вашего предательства.

— Я… — Морщинки изрезали его черты; он наклонился перёд и уронил лицо в ладони, что-то бормоча под нос. Затем сказал: — Я разыскивал его столько лет. Когда его увезли, сразу понял, что совершил ошибку, но не смог его найти. В итоге счёл мёртвым.

— Сначала продали нищим за медяк, а потом искали?

Он поднял на меня влажные глаза.