Наконец: «Звезды небесные, Мальва, приводи ее. Почему нет?»

* * *

Восемь Антидоту снились деструктивные личности, и когда он проснулся, персонажи сна все еще висели вокруг него в воздухе вязкими миазмами, подобно утру, окутанному туманом, разогнать который не в силах даже солнечные лучи. Он был бесконечно расстроен, абсолютно уверен, что сделал что-то нехорошее, и в такой же степени не испытывал ни малейших сомнений в том, что ничего плохого не делал, во всяком случае в мире бодрствования. Все плохое ему только приснилось, а теперь сон проходил. Сходил на нет, хотя еще и не исчез полностью, только разлетелся на куски.

Он провел два полных дня в министерстве войны, во Дворец-Земля возвращался, только чтобы поспать, тенью ходил за министром Три Азимут. Может быть, этого было достаточно, чтобы у кого угодно начались ночные кошмары.

Он последовал за ней из спортивного зала в тир, позволил ей корректировать его стрельбу, как она корректировала положение его рук на мягких матах спортзала, потом последовал за ней до ее кабинета и просто, легко, чудесным образом там и остался. Он бы ушел, если бы она сказала ему уйти. Но она ничего подобного так и не сказала.

Она позволила ему присутствовать при ее разговоре с другими Ладонями: Шестой, техника и кораблестроительство, и Второй, логистика. А также при разговоре с Одиннадцать Лавром, который поглядывал на Восемь Антидота то ли с удовольствием, то ли с неудовольствием. Восемь Антидот сидел в кресле у окна, положив подбородок на сплетенные пальцы и уперев локти в колени; он наблюдал за всем, за чем можно было наблюдать. Он опробовал застывшее, нечитаемое выражение лица на министре Три Азимут, предварив его паузой – но министр ее не заполнила, а потом вовсе игнорировала Восемь Антидота, словно он был декоративной подушкой на кресле у окна, улучшал декор. Он старался прогонять чувство обиды.

Позднее в этот день, уже ближе к вечеру, Восемь Антидот принес министру кофе. Она рассмеялась над ним, взъерошила его волосы и сказала, что не пьет кофе, а он не офисная прислуга.

Он выпил кофе сам и остальную часть вечера пребывал во взвинченном, нервозном состоянии, а потом его охватила страшная паника, страшное возбуждение. Это случилось, когда Три Азимут стала получать сообщения, что агент министерства информации и Махит Дзмаре – деструктивное существо – спустились на мертвую планету Пелоа-2 и установили первичный контакт с врагом-инородцем. Ни одно из этих сообщений не имело кода Гиацинт, а потому все они считались открытыми и подлежали передаче по иерархической цепочке. Они поступали на корабли Флота по почтовой системе гиперврат, через обычных курьеров с шестичасовой задержкой между отправкой и получением. Ничуть не похоже на то, что сделала капитан Флота Шестнадцать Мунрайз, когда впервые предупредила министра о существовании агента министерства информации. Ничего тайного.