Одиннадцать Лавр беззаботно сказал:

– Министр, есть очень веские основания для того, чтобы Флот перешел к тактике переговоры-подчинение. Полагаю, вы о них хорошо наслышаны с учетом Накхара…

– Нанесение массивных планетарных ударов по людям – это бездарная трата ресурсов и доброй воли, – ответила Три Азимут. – Это создает непреходящую враждебность между недавно интегрированными системами и Тейкскалааном. Как вы сами сказали, заместитель министра, Накхар – прекрасный пример успеха тактики переговоров и подчинения. Неужели у вас есть хоть какие-то основания предполагать, что я пойду на резкий пересмотр моей методологии теперь, когда стала министром? У Ее Блестящего Величества были все основания назначить меня на эту должность.

Это прозвучало как предупреждение.

– Верно! – согласился Одиннадцать Лавр. – Основания были самые веские – я прекрасно осведомлен о вашей работе в системе Накхар. Как они вас там называли: «мясником накхарского разума»? Интересно узнать, что даже для человека, награжденного столь элегантным прозвищем, есть этически неприемлемые вещи…

Восемь Антидот не сомневался, что такие разговоры не предназначались для его ушей. Он также не сомневался, что Одиннадцать Лавр сказал так при нем с целью внушить мысль, что в министерстве войны можно доверять только ему, третьему заместителю министра Одиннадцать Лавру. Что Три Азимут в должности губернатора Накхара совершила нечто настолько неприемлемое, что на нее можно оказывать давление – шантажировать? – одним только небрежным напоминанием об этом. Что Восемь Антидот должен вернуться к Одиннадцать Лавру и других учителей у него быть не должно – видимо, как у капитана Флота Шестнадцать Мунрайз, которая была ученицей Одиннадцать Лавра.

«Деструктивные личности, – снова подумал он. – Что происходит с ними потом, когда Три Азимут узнает, кто они такие?» Ничего хорошего. Ничего такого, что он бы хотел изучить слишком внимательно.

В то же время он хотел – с дурацким проникновенным мгновенным желанием – защитить ее. Может быть, ее методы, какими бы мясницкими они ни были, все-таки работали?

Хотел ли он, чтобы эти методы работали, если это означало, что она снова сделает то же самое с целой планетой?

Три Азимут вздохнула, испустив слабый и раздраженный звук.

– Вопрос, заместитель министра, вот в чем: являются ли эти враги людьми, к которым применимо нравственно неприемлемое?

– У нас есть только агент министерства информации, чтобы выяснить это, – сказал Одиннадцать Лавр с изящным отвращением.