– Подожди, – сказала она Двадцать Цикаде. – Не делай ничего, пока я занята, это приказ, Пчелиный Рой!.. Пилот! Пилот, как тебя зовут? Что случилось?

Она подошла к нему, и он приподнял голову, словно цветок, выросший в глубокой тени и тянущийся к солнцу.

– Пилот «Осколка» Пятнадцать Кальцит, яотлек, – сказал он, не прекращая рыданий. Казалось, что рыдания – это какой-то естественный автономный процесс, происходящий с ним и не мешающий докладывать начальству. Степень преданности, которую демонстрировали подчиненные Девять Гибискус по отношению к своему командиру, была беспримерна. Как будто она была источником света.

Пилот продолжал:

– Осколочное сетевосприятие повреждено или слишком интенсивно. Мы не понимаем в точности, что с нами происходит, яотлек, но оно совсем не такое, каким было, когда вы служили пилотом «Осколка». Это новое программирование, коллективная проприоцепция, мы все чувствуем, как умирает каждый из нас, их так много, умерших, и я отключил мою программу, но не могу выкинуть это из головы. Вы должны знать, что есть какой-то порог – порог травматического опыта, полагаю, – после которого проприоцепция порождает обратную связь, и все это замыкается петлей. Я не единственный, кто не может прекратить рыданий, яотлек. Я прошу простить меня. Никак не хотел оскорбить вас таким своим видом.

Девять Гибискус отрицательно покачала головой.

– Я ничуть не оскорблена, пилот Пятнадцать Кальцит. Расскажи мне больше, если можешь. Я знаю про остаточное изображение осколочного сетевосприятия, я не так давно была одной из вас. Но это… когда оно началось? «Осколки» – они остаются управляемыми?

– Когда больше троих или четверых из нас умерли рядом друг с другом, и все наши потери вызывали осколочный трюк… Я говорю об апгрейде проприоцепции.

Три Саргасс знала, что не должна вмешиваться, но она не служила во Флоте, не подчинялась флотскому протоколу и прежде никогда не слышала про эту технологию.

– Осколочный трюк? – спросила она достаточно громко, чтобы ее вопрос пронзил тяжелое молчание, повисшее между Девять Гибискус и ее солдатом. На мостике стояла тишина, если не считать звука помех в открытом канале связи с Пелоа-2 и Двадцать Цикадой.

Все головы повернулись к ней. Она повторила вопрос:

– Осколочный трюк?

Два Пена за ее спиной, слева от нее пробормотала голосом, в котором, как показалось Три Саргасс, слышалась надежда на то, что агент министерства информации, наконец, заткнется:

– Это новая технология министерства науки – она позволяет пилотам «Осколков» чувствовать друг друга в космосе и устраняет навигационный лаг. Она основана на алгоритме, разработанном для Солнечных…