Кристина первой нарушает молчание:

– Если ты устала, тебе незачем никуда ходить, даже если кажется, что у тебя нет выбора, если послушать Мад.

– Мне хочется, – говорит Маргарет, хоть и не понимает толком, на что соглашается. «В людях» она никогда не бывала.

Ее уступчивость, похоже, радует Мад. Она поднимает прядь волос Маргарет.

– Можно?

Маргарет кивает. Мад старательно собирает ее волосы и распускает их по спине. Их спутал резкий ветер с океана, так что Мад усердно разбирает пряди пальцами, пока они не ложатся ровно. Глаза Маргарет жгут слезы, ей хочется встряхнуться, выругать себя за то, что растрогалась от такого мелкого проявления заботы. Не хватало еще разреветься перед сестрами Уэса, тем более когда они так добры к ней.

– Эй! – Кристина пожимает ей плечо. – Ты же с нами. Все будет хорошо.

– Будет, – рассеянно подтверждает Мад. – Так что у тебя с моим братом?

Кристина стонет.

– А другого времени не нашлось?

– Я просто поддерживаю разговор.

– Нет, ты нацелилась устроить допрос. Слушай, Маргарет, не обращай на нее внимания. Она же прет как бульдозер.

– Просто проявляю осмотрительность. И потом, должна же она знать, во что вляпалась. – Мад встречается с Маргарет взглядом в зеркале. – Ты ему нравишься, но сомневаюсь, что об этом он говорил тебе напрямую, ведь у него чуть ли не в половине случаев аллергия на честность. Он болтает без умолку, хвалится, но уходит в свою раковину, когда пора переходить к делу. А когда все-таки переходит, не способен сделать что-нибудь наполовину, особенно если есть хоть малейший шанс развернуться вовсю. Если тебе кажется, что ты этого не вынесешь, я вполне тебя пойму. Просто не хочу видеть его обиженным. В такие моменты он страшно бесит.

Ничто в словах Мад не удивляет и не пугает Маргарет, но она медлит с ответом, желая дать его правильно. Ничуть не смущенная ее молчанием, Мад роется в косметичке, достает палетку теней и окунает в нее кисточку. Поддев пальцем подбородок Маргарет, заставляет ее наклонить голову и принимается красить веко вдоль линии ресниц. Глаза Маргарет протестующе наливаются слезами, но она не смеет ни пошевелиться, ни вздохнуть, пока Мад не отстраняется и не издает одобрительный возглас.

– Ты права, – говорит Маргарет. – Ты все правильно про него сказала, но вместе с тем он добрый и хороший. Завтра я намерена защищать его ценой своей жизни. А потом – делать все, что в моих силах, чтобы помочь ему исполнить свои мечты.

И когда-нибудь она наберется смелости и позволит себе любить его так, как ей хочется и как он заслуживает.