Но даже если вдруг цивилизация рухнет, погаснет опутывающая планету невидимая сеть электронной связи, застынут безжизненными глыбами искусственные спутники, замрут все частоты радиоэфира, «Стрела» всё равно найдёт дорогу. Она помнит карты материков вплоть до мельчайших деталей природных и техногенных ландшафтов, знает о сезонных изменениях погоды в любой точке освоенного и не освоенного континента, острова безбрежного океана, хоть тропического, хоть полярного.
Расстояние вообще для неё не имеет значения. Пар, нежданно-негаданно, вернулся в авиацию после того, как двигатели внутреннего сгорания осмеяли саму идею использования разогретой до большой температуры жидкости в качестве движителя самолёта. Не зря говорят: хорошо смеётся тот, кто смеётся последним…
Компактный реактор позволил создать замкнутый цикл: вода превращается в пар, пар передаёт свою энергию лопаткам турбины, те вращают винт, на «Стреле» целых четыре, нет, даже восемь, работающих соосными парами, после чего снова конденсируется в жидкость. Немалая масса реактора, защиты от излучения, трубопроводов, конденсоров и резервуаров для H2O с лихвой компенсировалась главным плюсом. Нет больше стремительно тающих объёмов биокеросина, не надо ломать голову над тем, как совместить маршрут, время, дальность и всё остальное в единую систему, позволяющую дотянуть из пункта «А» в пункт «Б» — дальность полёта ограничена только выносливостью экипажа да способностью агрегатов выдержать положенный ресурс. Всё. Лети, хоть на край света! И они летели.
Лис давно знал о существовании старого комплекса Института, откуда и началась история Эволэка. Не одну соню лет назад затерянный меж бескрайних солёных озёр Южного континента остров стал первой ступенью. Отсюда Пагодов впервые осуществил первый практический уход души и разума контактёра в созданный им же мир тонких материй. ИБиС, эволэк, Эфирный мир, эти термины родились позднее, но старт был дан именно тут, и история заставила вернуться к истокам.
Институт был спешно перебазирован с севера. Понимая, что только предельно жёсткие меры по соблюдению карантина смогут уберечь Новую Россию от катастрофы планетарного масштаба, руководство Державы, взвинченное страшным нашествием до точки кипения, не пожелало и слушать об исключениях — поражённый материк будет в блокаде столько, сколько понадобится. Хоть десять лет, хоть сто. Таков был ответ на просьбу. Пришлось возвращаться на Остров, оставив чудесный замок пустым, надеясь, что, остыв от эмоций, Императрица изменит решение…
Элан нервничал очень сильно, и вопрос тут был не в самой идее пленить нескольких молотоголовых тварей и доставить их для изучения — идея абсолютно необходимая, неоспоримо правильная. Вот чего он не мог понять…