— Штатная моторизованная дивизия губернии, дивизия из соседней Оренбургской, и две сформированные стрелковые дивизии народного ополчения. — Маршал не собирался обижаться на то, что приходится «докладывать» гражданскому. — Плюс кое-что по мелочи. Всего около шестидесяти тысяч человек с серьёзным вооружением.

— Проще говоря, — хмыкнул плут, — нет ничего.

— Точно, — кивнул Геннадий Алексеевич, — для такого огромного города, да ещё и при условии войны на четыре фронта — это ноль. Мы сосредоточили наиболее боеспособные части на юге и юго-западе, на предполагаемом направлении главного удара. Но оборона всего периметра Московии — неразрешимая задача. Как только враг двинет свои силы со всех направлений, твари легко проникнут во все уголки города, и начнётся резня.

— Нам нужно оружие, — сказал Иригойкойя, — очень много стрелкового оружия, всё равно, какого.

Хельга поддержала:

— Самолёт может привезти сотни три экипированных солдат, это мало что прибавит, но если самолётом привезти вместо бойцов несколько тысяч автоматов и патронов к ним — это уже серьёзней. Сотня таких рейсов со всех уголков планеты — и уже есть небольшая армия.

— Гражданских, — поддел маршал с иронией.

Но Мирра, да и все ибисовцы, не разделяли скепсиса:

— И что? Тактика боя против молотоголовых — это плотная шеренга, как у мушкетёров, и град пуль. Многомесячной подготовки и не требуется.

— Им придётся драться, — поддержала Лесавесима, — или они попросту умрут.

— Да, — кивнула большая сестра, — эвакуация далека от завершения. Если папа прав, и удар последует, примерно, через двое суток, то в северной части города ещё будет очень много народа! Чтобы выводить колонны и одновременно сдерживать натиск чудовищ надо много оружия.

— Хорошо, мы продолжим процесс доставки оружия до самого последнего момента. — Жуков кивнул своим офицерам, и те забегали, вызывая нужных абонентов. — Мы постараемся доставить на аэродром как можно больше стрелкового оружия, но как уговорить жителей сражаться?

В городе царила тихая паника. Миллионы людей, напуганные событиями в лежащих севернее областях, в спешке покидали родные дома, и не надеясь (и правильно, что не надеются!) разбить пришельцев. Вывозили в первую очередь детей и женщин, мужчин, как могли, ставили под ружьё, прекрасно понимая, что эвакуировать такой огромный город за считанные дни попросту невозможно. Но тут и была масса проблем.

Офицер штаба согласился со своим начальником:

— Ружей хватает не на всех, даже гладкоствольных, и это ещё мягко сказано, ведь мегаполис — не глубинка, и поголовным владением огнестрельными игрушками тут и не пахнет, да и ни к чему это. В результате — огромная масса людей, которых нельзя увезти, враг попросту не даст времени, но которым и нечем сражаться. Их моральное состояние далеко не боевое: применение ядерных боеприпасов вселило страх даже во взрослых мужчин. Уж если только такими средствами удаётся сдерживать тварей, то куда нам, простым людям? Так думают многие, и, если честно, то эти мысли скорее не малодушны, а просто здравы.