Они прошли всё смертное поле от студёных вод Московии до линии, где устояла их несокрушимая фаланга. Горы стреляных гильз, горы тел, своих и чужаков, вытоптанный, залитый кровью снег, страшная плотина, что остановила-таки чудовищной силы удар, тянулась в обе стороны, казалось, в бесконечность. Стоны раненых, беготня санитаров, и вообще всех, кто хоть как-то пытался помочь искалеченным людям…

Ты из тысячи тех, кто вернулся с войны.

Нас же, тех, кто погиб — миллионы.

Мы устлали поля, города и холмы,

Дно всех рек, и озёр, и трясины.

Наши кости тревожит тот глупый юнец,

Плугом, трактором, стройкой, бездушием.

Не шуми, не рви с корнем, оставь, наконец,

Наши белые, стылые души.

Дай уйти нам спокойно с тех страшных полей,

Где в час мужества, боли и страха,

Умирали бойцы за свободу Руси,

В сумасшедших, безумных атаках.

Дай спокойно накрыть нас живому ковру,

Пусть трава и цветы на могилах,

До которых никак не дойдут в суете,