Вместе с криком боли и ярости по цепям бойцов пролетели команды:

— Приготовиться!!! Оружие к бою!!!

Тысячи рук вскинули инструменты смерти, резкие щелчки затворов, и первая шеренга припадает на колено, над ней нависает вторая, заурчали моторами грузовики-камикадзе, полыхнули тысячи и тысячи фитилей, и грозная фаланга застыла готовым взорваться вулканом.

Вот уже первые твари выбрались на набережную, мокрые, страшные, жаждущие чужой крови, они, увидев несметную людскую рать, рванулись вперёд, к вожделенной добыче. Вот уже вскипела вода от сотен и сотен тел, и пришельцы, заполонив берег реки, все дорожки, аллеи, кафе, ринулись живой волной навстречу собственной смерти.

Взревели, беря с места в карьер, грузовые машины, оглушительно грохнула танковая пушка слева, забасили крупнокалиберные пулемёты, и первые жертвы в полчищах хищников покатились по снегу, разлетелись ошмётками от взрывов снарядов. Автомобили, пробив слитную массу атакующих, вспыхнули нестерпимым пламенем, собирая кровавую дань, ударили сверху вертолёт, выкашивая молотоголовых, но…

Слишком их много! И слишком мало серьёзного оружия у защитников! Рявкают пушки, вспенили воду цепочкой огромных всплесков, вскинули в небо султаны земли и гранита прилетевшие откуда-то из тыла тяжёлые ракеты. Но живая волна, стремительная и неудержимая, катилась вперёд. Гитарными струнами натянулись нервы тысяч людей, кинжалами резали слух оглушительные крики командиров.

— Стоять!!! Стоять!!!

Они орали, рвали себе горло, но не от страха за собственную шкуру: если рухнет строй — рухнет всё, и невообразимое число людей, что за спиной воинов пробирается по забитым дорогам со скоростью смертельно раненой улитки, попросту погибнут! И поэтому они орали. И Куко, срывая голос, орал вместе с ними, орали и те, у кого хватило сил и мужества смотреть на мчащееся цунами стремительных тел.

— Стоя-а-а-а-ть!!! Стоя-а-а-а-ть!!!

Почти никто не дрогнул, не побежал, тех, у кого лопались нервы, сбивали с ног более храбрые друзья, валили наземь чудовищными ударами прикладов, ибо знали, стоит только обратиться в бегство хотя бы десятку — и рухнет вся фаланга!

— Стоя-а-а-а-а-а-ать!!!

Всё ближе и ближе гром из под тысяч чудовищных лап, всё стремительней бег непобедимого легиона, вся сильнее бьёт в лица побледневших бойцов смрад оскалившейся смерти.

— А-аго-о-о-о-о-онь!!!

Небо и земля раскололись на части, грохот чудовищного в своей силе залпа опрокинул первые ряды чудовищ, захлебнулись трелью автоматы и пулемёты, через первые шеренги полетели тысячи бутылок и гранат, и настоящая стена огня и взрывов, пуль и осколков вздыбила атакующий вал. Летели через голову непобедимые твари, заходясь предсмертными криками, и через считанные секунды перед рядами ополчения стала стремительно расти баррикада кровавых тел.