В египетской Александрии философ Филон, еврей, писавший по-гречески, называл Бога изобретателем, «великим архитектором вселенной». По его убеждению, лучшей политической системой была греческая демократия. Он участвовал в распространении в еврейских общинах греческих научных трактатов.
В египетской Александрии философ Филон, еврей, писавший по-гречески, называл Бога изобретателем, «великим архитектором вселенной». По его убеждению, лучшей политической системой была греческая демократия. Он участвовал в распространении в еврейских общинах греческих научных трактатов.В Северной Африке развивалась трехкомпонентная медицина: анатомия, фармацевтика, хирургия. Сочинения Гиппократа, Аристотеля, Диоскорида и Галена просвещали еврейских медиков, так называемых «умманим». Во многом те были новаторами: например, мыли перед операциями руки, внедряли гигиену (ритуальные омовения), диетарные требования (запрет смешивать ряд продуктов во избежание проблем с пищеварением) и психологическую помощь (лечение словом – «дабер» на иврите). В своей фармакопее они применяли мандрагору как болеутоляющее, финиковую пасту против язвы желудка. Они накладывали швы, делали кесарево сечение, проводили ампутации.
В Северной Африке развивалась трехкомпонентная медицина: анатомия, фармацевтика, хирургия. Сочинения Гиппократа, Аристотеля, Диоскорида и Галена просвещали еврейских медиков, так называемых «умманим». Во многом те были новаторами: например, мыли перед операциями руки, внедряли гигиену (ритуальные омовения), диетарные требования (запрет смешивать ряд продуктов во избежание проблем с пищеварением) и психологическую помощь (лечение словом – «дабер» на иврите). В своей фармакопее они применяли мандрагору как болеутоляющее, финиковую пасту против язвы желудка. Они накладывали швы, делали кесарево сечение, проводили ампутации.Путешествуя, они распространяли свои знания.
Путешествуя, они распространяли свои знания.78
78
– Можете быть свободны, – говорит усатый полицейский, отдавая Александру, Рене и Мелиссе их паспорта.
– А как же нападение, которому мы подверглись? – напоминает ему Александр.
– В этой стране нападающие – вы.
– Можно забрать мечи? – спрашивает Рене.
– Для нас эти штуковины с крестами не представляют никакой ценности. Улетайте во Францию первым же рейсом и никогда сюда не возвращайтесь, понятно?
Через два часа они уже находятся в недавно открытом аэропорту Ларнаки. Мечи, упакованные в чемоданы, обнаружены при просвечивании багажа, и теперь с тремя французами разбираются таможенники.