Потом приперся Завадовский с пакетами, полными жрачки, и мы с ним напились, как свиньи. Перед этим мы крупно поссорились с Сашей из-за Ильи, то есть, из-за моего предложения посвятить Илью в наши планы, рассказать ему про темных, про Ратус, заручиться его финансовой поддержкой. Я-то думал, что Завадовский не откажет, ведь даже слепому видно, что он влюблен в Александру и готов на все ради нее. А она накричала на меня и запретила без ее ведома хоть что-то хоть кому-то рассказывать. А в итоге не только сама рассказала всем, но сделала это очень нелепо. Ну как их поймешь, этих женщин? Сплошные противоречия.

Утром, на другой день я опять проснулся в сашиной квартире, на ее диване и опять под ее ворчание. Рядом лежал Илья. Он был в отключке. Мне было плохо, но не слишком, потому что вчера мы все-таки пили очень хороший коньяк. А Илья перенес возлияние тяжело, но держался стойко. Сашуля, добрая душа, смилостивилась, напоила кофе с бутерами и отправила по домам.

Вот так оно все и было. Потом было так называемое собрание в "Парижских кошках". Это было и грустно, и смешно одновременно. Сашка наговорила такой бредятины, что Илья сорвался и ушел, пригрозив закрыть проект. Не закроет, я уверен: там и денежками пахнет, и Фонд уже есть и его можно покрутить. Не только же для художников же Завадовский его слепил. Для художников, конечно, тоже, но крышу фондов, таких, как этот, используют и для других целей. Впрочем, это не мое дело. Так что, остынет Илюшечка и вернется. Вот так-то. Да, насыщенный был денек! Уверен, запомнится он мне надолго. Последнее время жизнь кипит, как чайник, паром пробку вышибает.

Все мысли, естественно, крутились вокруг подземелья. Кто бы мог подумать! Я вызывал фантом! Если бы кто-то мне сказал еще несколько дней назад, что я буду участвовать в вызывании покойника с того света, я бы посчитал его чокнутым. До сих пор не верилось! Нет, я допускал подобное, особенно, когда Клод мне рассказывал всякие истории из своей жизни, про свои путешествия и про то, что он видел в разных концах земли, про всякие страсти-мордасти, вуду-шмуду всякие. Он даже написал про это книгу, про колдунов из примитивных племен, которые чуть ли не погодой управляли, появлялись и исчезали на глазах свидетелей, словом, все это было похоже на бред. Я верил ему и не верил. Слишком уж все напоминало приключения Индианы Джонса. То есть, я доверял своему другу, знал, что он известный ученый, антрополог, написавший много книг о различных культурах и обрядах народов мира, но сомнения были, а вот когда видишь всякое такое… паранормальное… сам, своими собственными глазами — это совсем другое дело.