Строгий, но… ласковый.

Взглянув ей в глаза, я медленно выдохнул, отпуская ярость, обиду, боль и чувство вины перед Данго.

Рядом эхом выдохнул Де Грогго, и я, скрипнув зубами, вернулся к работе.

Пока оперировал следующего бойца с расколотым черепом, Арслан сжег эту ксурову палатку и повесил над нами светящуюся руну защиты.

Правда, когда в нее попал очередной булыжник, огневик-артефактор свалился без чувств, и нам все равно пришлось эвакуироваться в белокаменный дом.

А оттуда, когда из-за огромного потока раненых закончилось место — в харчевню Людвига.

Артефакты, снятые с наемников, я давным-давно выпил, и им на смену пришли товары из Магазина магии, Артефактной лавки и Лаборатории алхимика.

И если хозяин «Лаборатории алхимиков» Столин Духов собственноручно таскал в лазарет свои зелья, то Жоссен Радушный и Жабрий Крассен делиться не хотели.

Сам бы я вряд ли запомнил их имена, и вообще, мне было плевать, откуда берутся зачарованная на соблазнение бижутерия и свитки мужской силы, но мне на помощь пришел Дикой.

Уж не знаю, кто его послал, но когда тот чертов булыжник размозжил грудь и голову Данго, а я с трудом удержался от выброса, объявился Дикой.

Раненый — куда без этого — он принялся таскать мне артефакты, свитки и зелья, и при этом считал своим долгом информировать меня, откуда идет та или иная поставка.

Не удивлюсь, если Жоссен и Жабрий не только получили смачный поджопник, но и вовсе отправились под домашний арест…

Не знаю, сколько продолжался тот бой, но в какой-то момент давление ауры некроманта стало невыносимым.

Арслан валялся в отключке, на операционном столе с раздробленными ногами лежал Асир, а рядом с такой же печальной улыбкой стояла девушка в белом.

Стоял и я, понимая, что как бы я ни старался, что бы я ни сделал, она все равно его заберет.

Стоял, не в силах поднять скальпель.

Судя по ауре, глава резервистов вколол себе четыре тюбика Исцеления. Его раны затягивались прямо на глазах, и только раздробленные ноги помешали ему остаться в бою.

Я знал, как помочь воину, но не знал, как его спасти.

По-моему, Асир что-то такое почувствовал. Он с силой сжал мою руку и властно приказал.