Но фон Коросу этого было мало — камни обтёсывались на лету и, превращаясь в гранитные шипы, с противным чавканьем впивались монстру в живот, грудь и даже горло.

Было видно, что маг выкладывается на полную, и я помогал ему чем мог — Копьями, Параличом, Костяными шипами — нельзя было давать этой твари шанс ответить.

Со стены с шипением прилетела слабенькая Огненная стрела — Дикса, хоть огневик и находился на последнем издыхании, он тоже пожелал внести свою лепту в уничтожение Пожирателя.

Наконец, на площади повисла звенящая тишина.

Аш успел перегруппировать остатки воинов, а маги и стрелки, оставшиеся на стене, добив прорвавшихся на площадь легионеров и сейчас настороженно целились в то, что осталось от Пожирателя.

И вроде глаза говорили о том, что нам удалось его запинать, но аура Смерти и не думала угасать. Наоборот, с каждым ударом сердца она наваливалась на нас все сильнее.

И это пугало даже больше, чем обожжённая морда волколака.

А потом случилось то, что я ну никак не мог себе представить — чертов волколак, от которого осталась посеченная камнями груда мяса, начал… подниматься.

В абсолютной тишине было отчетливо слышно, как кости с щелчком встают на свои места, а в разорванном горле Пожирателя зарождается хриплый рык.

— Это же… невозможно… — один из резервистов выронил арбалет и, сломав строй, попятился назад.

И я не мог его винить — от мясного голема, в которого превратился волколак, так и шибало Смертью.

До ужаса, до оцепления, до дрожи в коленях…

— Стоим! — гневный окрик Аша на мгновение привел нас в чувство. — Людвиг, твой выход!

Фон Корос, выжатый до капли, медленно сползал по стене, и Никанор никак не мог его удержать. Я машинально посылал Копья Света, но они лишь злили стремительно восстанавливающегося Пожирателя.

Про Диксу я и вовсе молчу — огневик без сознания валялся на стене, и над ним суетился осунувшийся де Вега.

Краем глаза отметив, что манипула песьеголовых, так и стоит за воротами, я потянулся за кинжалом фон Лютика — посох остался где-то в лазарете, и бежать за ним не было времени.

— Хррррраааааа, — Пожиратель, не дожидаясь, пока отрастет шерсть, которая уже пробивалась прямо сквозь кровоточащее мясо, шагнул вперед.

А потом… Даже не знаю, как это назвать — случилось чудо?

У чуда, как это водится, было имя — Людвиг ван Хельси.

Воин возник из ниоткуда и тут же принялся шинковать Пожирателя двумя полуторными мечами.