– Всади всё, что осталось, в мотор того, что слева! – крикнул ей Андрей. Она поняла с полуслова, и выпустила пять оставшихся патронов в мотор уплывающего назад мессера на соседней стоянке. Работавший на холостых оборотах мотор соседнего мессершмитта тут же зачихал, и выбросил из под капота густую струю сизого дыма. Сзади снова раздались выстрелы…

Поддав ещё газу, и аккуратно работая педалями, и уже не обращая внимания на щелчки пуль по планеру самолёта, Андрей стал разгоняться.

Плавно двинув ручку газа вперёд почти до упора, и приноравливаясь к новому, норовистому зверю, Андрей начал разбег. Маленький Ангел, даже находясь в зимнем комбезе, не занимал слишком много места в кабине – да, было очень тесно, но самолёт вести было можно. 72 Чтобы Андрею было удобнее, она положила руки ему на плечи, согнула локти и прижалась к его груди, поджала, как могла, коленки. Через несколько секунд, набрав полторы сотни километров в час, самолёт сам оторвался от земли.

В первые же секунды разбега Андрея поразила мощь движка – самолёт, как дикий зверь, утробно рыча, рванулся вперёд с бешеным ускорением. Ускорение с силой вдавило в кресло. «Ни хрена себе машинка!» была первая мысль, которая пришла в голову. И «где подголовник?!» – была вторая. Действительно, голова, отжатая назад мощным ускорением, почему-то не нашла затылком этот самый подголовник, Андрей обернулся – его действительно не было. Странно… там же, прямо за головой должна быть загнутая бронепластина, на ней и подголовник. Он точно это помнил – год назад, в декабре сорок второго, когда он сбил на своём Р-5 «Мессера», и тот плюхнулся на лёд Ладожского озера, Андрей имел возможность внимательно осмотреть его кабину. Там бронезаголовник точно был, и крепился он на открывающейся части фонаря. И здесь он тоже должен быть, да вот же, и крепления для него на переплёте фонаря имеются. Хм… наверное, техники сняли за какой-то надобностью73, да и фиг с ним, нам главное – до своего аэродрома долететь. Подумав так, Андрей выбросил из головы весь мусор, сосредоточившись на полёте.

Когда набрал высоту, и немного убрал обороты мотора, переведя его из взлётного режима на максимальный, ухо уловило едва слышимый посторонний дребезг, явно не относившийся к работе мотора, и доносившийся откуда-то сзади. Обернулся: сзади за креслом была скошенная поверхность, начинавшаяся на уровне его лопаток, и уходящая вверх, к верхней точке гаргрота74. Посередине этой наклонной поверхности был небольшой люк. Люк был слегка приоткрыт, и мелко дребезжал, чутко ловя вибрацию работающего на максимуме двигателя. Андрей похолодел от внезапно пришедшей ему в голову мысли. Люк-то приоткрыт не просто так, а явно для того, чтобы получить доступ в закабинный отсек, где у мессершмитта (как и у любого другого истребителя) было размещено различное оборудование, чтобы провести в нём какие-то регламентные работы. 75 А что если там…