– Я чувствовала, что кто-то помог мне, но не смела верить! Это ты их прогнал! Конечно, я бы сама не справилась, хотя Мун и думал, что терронцы закопаны где-то в саду... Но что с ними стало потом? Они живы?

– Да. К сожалению, от Фроуди так просто не избавишься. Мне пришлось тащиться обратно домой и там это все разгребать. Теперь у меня есть еще один враг.

– Да что мы ему сделали?!

– Он помешанный, Тая. У него кроме работы ничего больше нет. Но ты не бойся, больше он сюда не сунется, тем более зная о том, как я могу навредить Терре.

Я снова взялась за оладьи, нагрела сковородку, положила масло.

– Тебя считают изменником?

– Вроде того, хотя они и рады, что именно я оказался замешан в заговоре, а не кто-нибудь похуже. Да и с Загры мы забрали нормальных ребят, не психопатов.

– Чем же они не угодили?

– Умом, характером, страстностью, жаждой свободного выбора. Они не убийцы и не садисты, как, например, Фроуди, но тот-то отлично выполняет приказы и боготворит Терру! Маменькин сынок, короче. Сотрясал воздух, какой я плохой гражданин, а я ему после слушания пообещал остатки зубов выбить, если он еще хотя бы раз к тебе приблизится.

– Бьёрн, – прошептала я и поцеловала его. – Спасибо! Не знаю, что бы он сделал, не появись ты…

– Зато я знаю, – хмуро ответил мужчина, и тут издалека донеслось сонное «мама».

– Ой, Любима проснулась, топает сюда.

Бьёрн вскочил, как ошпаренный, и метнулся в кладовку. Когда дочка забежала в кухню, его было не видно, не слышно.

– Мама, а с кем ты говолила?

Мне перестало хватать воздуха, сердце гремело.

– Это сюрприз для тебя. Помнишь, что ты просила на новый год?

– Закольки с бабочками?

– Нет, милая. Нечто более важное. Некто важный, тот, кого ты давно ждешь.

– Шинок?!

Я покачала головой и улыбнулась. Да уж, песика она просила постоянно, а в придачу к нему котенка, попугая, кролика и хомячка.