Норман с удовольствием отметил, что Фостер-Стерн энергично кивает.

– Но если вы правы… – пораженно сказала Джи-Ти, – а я признаю, что так, черт бы все побрал, возможно, и есть! Если вы правы, то пора отказываться от самой идеи!

– Джи-Ти, я же сказал, что вы не замечаете очевидного! – воскликнул Норман. – У нас есть одно, чего нет и никогда не будет у Единой Европы, чего не может быть у русских и о чем китайцы не могут даже мечтать. У нас есть ПРИМА, он запущен и расположен над залежами сырья, достаточного, чтобы стать базой для Бенинского проекта. Где Единая Европа возьмет сырье в соответствующих объемах? Это же старейшая индустриализированная область в мире, их запасы угля и железа исчерпаны. В качестве возможного конкурента меня волнует только Австралия. Этот континент – единственный регион добычи, который еще не был разработан полностью. Но Австралия известна дефицитом населения. Где они найдут десять тысяч свободных техников, чтобы разом развернуть проект в Бенинии хотя бы на первоначальных стадиях, не говоря уже о фазе собственно развития?

– Не найдут, – авторитетно заявил доктор Корнинг.

Возникла пауза. Наконец Джи-Ти, глядя на руки, чтобы не встречаться взглядом с Норманом, сказала:

– Приношу вам мои извинения, Норман. Я пришла к скоропалительному выводу, что мы тут имеем дело с обычным экономическим шпионажем. Мне странно такое признавать, но… Думаю, я просто не привыкла к проектам столь колоссальных масштабов. По крайней мере, себе в оправдание могу указать на тот факт, что Рафаэль не поправил меня от имени Государства, которое, напротив, привыкло иметь дело с такими гигантскими предприятиями.

– Государство, – с мрачным юмором ответил Корнинг, – также привыкло иметь дело с высокоэффективным и систематическим шпионажем.

Гамилькар Уотерфорд все это время о чем-то молча размышлял, но теперь подал голос:

– Если то, что говорит Норман, верно – в особенности относительно способности крупных европейских корпораций взломать компьютерную защиту и получить доступ к обрабатываемой в Фонтенбло информации, а я склонен считать, что в этом что-то есть, – то как нам тогда минимизировать их вмешательство? У меня сложилось впечатление, что мы можем только одно: максимально ускорить работы по проекту.

Корнинг кивнул.

– Если Единую Европу, Россию и Австралию, вероятно, можно сбросить со счетов, китайцы вполне могут решить, что им выгодно поморить свое население голодом еще поколение-другое, чтобы перекупить бенинский плацдарм. В последнее время им, как известно, прискорбно не везло на Африканском континенте, но они не оставляют попыток там зацепиться.