«Стоп! Что за нахер?! Что в его закрытой и охраняемой берлоге вообще делает чужачка?!» — открыв глаза, мужчина окончательно вспомнил: кто он и где он. И сильно удивился наличию в своих покоях наглой малявки, которая вела себя так, будто это она здесь хозяйка.

— Ты, блядь, как сюда вошла? — вкрадчиво поинтересовался проснувшийся главарь, повернувшись набок и сощурив глаза так, что шрам на щеке исказил его лицо в угрожающей гримасе.

Однако грозная физиономия, исправно действующая на подчинённых, «коллег» и жертв, на наглую тощую соплю никакого влияния не оказала.

— Хм… работает. Агрессия поблёкла, дополнительной коррекции не требует. Хотя… нужно проверить на материале посильнее, — непонятно пробормотала она и даже — неслыханная наглость! — проигнорировав вопрос, достала блокнот, начав что-то писать. — Точно ничего не помнишь? — закрыв книжечку, уточнила девчонка у закипающего главаря.

Человек сам себе удивлялся — но сейчас, вместо того, чтобы вскочить и, схватив наглую мелкую манду за горло, приложить её об стену, дабы выбить из неё всё дерьмо и все ответы — он тупо сел и просто, словно баран, пялился на эту девку.

И… она его пугала.

Словно Хайд, этот выкидыш преисподней, который был дохляком до того, как откопал в подземельях какую-то проклятую дрянь — ха, вшивый учителишка, даже дубиной толком махать не умеет! — и остался таковым после превращения в страхоблядского высера тысячи адов.

На первый взгляд остался. Несмотря на сутулые плечи и комплекцию дрища, а также мало изменившиеся навыки, дать чухану пинка или отправить его командовать рабами, ответственными за стирку и уборку, никто из бойцов больше не пытался. Нет в ватаге самоубийц, чтобы цеплять эту «типа хилую» отрыжку кошмаров, изредка выбирающуюся из темноты своего распроклятого подвала! Да и сами рабы, которыми нужно было командовать, давно сгинули в подземельях. За что Хайд, впрочем, расплатился усилением избранных на эту роль проштрафившихся бандитов.

Но это сейчас не так сильно волновало «атамана вольной ватаги»; больше его тревожил и наводил на нехорошие мысли просачивающийся в помещение запах крови, а также взгляд девчонки, которая смотрела на него, словно на пустое место. Так же, как он сам глядел на тех, от кого собирался избавиться. Отсутствие части памяти, которая, судя по вопросу, оказалась потеряна, только усугубляло понимание глубины страшной жопы.

— Ты здесь за Хайдом? — мужчина сплюнул на пол. — Зря я согласился на предложение этого демонского высера. Надо было его ёбнуть сразу, когда эта охуевшая сука ещё не набрала сил! — бандит зло зыркнул на незваную и опасную гостью. — Спрашивай, чего надо. Отвечу честно, а ты покончишь с этим быстро. Без вашего, блядь, всегдашнего дерьма.