— Ты сказал, что хороших некромантов много, так и целителей немало. Я справился бы и без тебя, — спокойно парировал прадед. — Нам был обоим был интересен эксперимент.

— Вот и увидел я твое истинное лицо, друг, — ядовито произнес лорд Горейский и заносчиво добавил: — Мне не нужны твои записи, я вел свои.

Он поднялся со стула, переполненный гневом и разочарованием.

— Зря. Ты не сможешь ими воспользоваться.

— С чего это вдруг? — Лорд Горейский тяжело оперся о стол.

— Угадай, — прадед нехорошо усмехнулся.

Какой странный разговор… О чем он вообще? После пещеры я соображала туго.

Несколько секунд бывшие друзья буравили друг друга злыми взглядами.

Затем лорд Горейский покачнулся, с трудом удерживаясь на ногах. Удивленно посмотрев на свою чашку, прошептал:

— Что здесь?

— Смола змеиного дерева. Извини, Эрх.

Лорд Горейский, торопливо перебирая артефакты-браслеты на руке, недоверчиво спросил:

— Но ведь и твоя внучка тоже пила этот чай!

— Ее спасут, не переживай, — безмятежно произнес прадед.

Слабость с сонливостью набросились на меня, позорно роняя головой на стол. Хорошо, что передо мной стояла тарелка с дольками фруктов…

— Держись, — прошептал уже знакомый глухой голос.

В мой рот капнуло нечто холодное.

И снова темнота…

— Кайра! Очнись, Кайра! Не засыпай, нельзя!

Я открыла глаза.