И эхо издевательски подчеркнуло:

— …нечего! Нечего!

— Я готов вернуть дарованное, — без раздумий произнес кромешник и опустил ладони на алтарь. — Забери мою силу, Предвечная!

— Ты готов отказаться от моей благодати ради смертной женщины? И уверен, что будешь нужен ей обыкновенным человеком?

Гневный шепот заполнил зал, заставляя эхо вторить:

— … обыкновенным! Обыкновенным!

— Забери мою силу, жизнь, мой путь, только верни ее, — упрямо потребовал Эйликс.

Серебристый довольный смех заполнил зал.

— Поцелуй жену, воин! И не смей больше отказываться от моих даров!

И эхо радостно подчеркнуло:

— … целуй! Целуй!

Подчиняясь воле богини, эмиссар с трепетной нежностью поцеловал порозовевшие губы Кайры.

— Благодарю, Предвечная…

***

Очнулась я от непривычного ощущения: позади меня лежал самый надежный мужчина в мире и обнимал одной рукой, опустив ее на мой живот.

Света звезд из плохо зашторенного окна хватало, чтобы рассмотреть, что лежу в спальне гостевого коттеджа.

Осторожно, стараясь не потревожить спящего, развернула левую руку так, чтобы увидеть солем. Нет, приятное тепло в этом районе не почудилось. Даже в темноте удалось рассмотреть серебристое кружево брачной татуировки, в которую превратился солем: у заключенного в солнечный диск цветка отрасли стебли и листья.

Сон оказался не сном. Это же надо!.. Меня нагло выдали замуж, не спросив согласия!..

Что ж, здорово вышло — не люблю свадьбы с толпами незнакомцев. А своеволие богини… Читающим души не нужны слова — я была согласна. Сказать Блаю, что все помню? Или пусть завоевывает, ухаживает, как за невестой?