— Ладно, чем тебе помочь? — снисходительно поинтересовалась саалея, не совсем верно истолковав молчание друга.

— В Бирне должен быть староста или управляющий. В общем, кто-то, к чьему мнению прислушиваются остальные жители, — пробормотал Ахин. — Есть идеи, откуда начать поиски?

— Наверное, его дом где-то в центре поселения, — предположила Аели, театрально вскинув руку.

— Скорее всего.

— И это большой дом. Больше остальных. Хм… — она вскинула вторую руку и изобразила на лице самую невинную улыбку, на какую только была способна бывшая куртизанка.

— Допустим, — опять согласился Ахин, с подозрением глядя на нее.

— И в его окнах до сих пор горит свет, потому что у старосты еще остались какие-то дела.

Закатив глаза, Аели скорчила нарочито задумчивую гримасу. Она точно издевалась над одержимым. И ей это нравилось.

— Продолжай, — буркнул Ахин. — А лучше — заканчивай.

Устало вздохнув, саалея опустила руки, одарила друга долгим уничижительным взглядом и показала изящным пальчиком на дом, у ограды которого они стояли все это время. Рядом висела табличка с надписью: «Староста Бирна Орин».

— Благодарю, — невозмутимо произнес одержимый, открывая калитку.

Во всяком случае, ему хотелось верить, что это прозвучало невозмутимо. На деле же его голос предательски дрогнул под тяжестью стыда, который почему-то был проигнорирован темным духом. Быть может, не такая уж это и отрицательная эмоция.

Самодовольно улыбающаяся Аели пошла следом за одержимым. Она чувствовала себя вполне удовлетворенной, причем настолько, что даже не обратила внимания на искреннее: «Так нам сюда, что ли?» — Диолая, плетущегося позади.

Ахин негромко постучал в дверь костяшками пальцев. Прислушиваясь к приближающемуся звуку пошаркивающих шагов, он подумал, что никогда прежде по собственной воле не приходил в дома созданий Света. В его представлении это почему-то должно было стать чем-то особенным. Однако в действительности он просто постучался, не испытав при этом ничего необычного. Все казалось немного неестественным, но от того не менее нормальным, что удивительно. Похоже, в какой-то момент одержимый окончательно запутался в устройстве мира и взаимоотношениях между созданиями Света и Тьмы.

Дверь приоткрылась — она даже не была заперта, потому что местные, судя по всему, не боялись ни воров, ни, каким бы странным это ни показалось выросшему в Темном квартале Ахину, своих соседей — и пожилая сухонькая женщина с небольшим светильником, быстро мазнув подслеповатым взглядом по незваным гостям, устало пробормотала:

— Никаких посетителей по ночам. Хотите договариваться о торговле — приходите утром. Постоялый двор там, — она нарисовала в воздухе дугу с небольшим хвостиком: — Пройдите по дороге прямо, а там свернете налево.