Эшлин с Джоланом изучали захваченного аколита, командиры Воинства Ягуаров помечали на картах посадочные площадки неболётов, а Бершаду было совершенно нечем заняться.
Поэтому он решил, что им с кочевницей самое время поохотиться в джунглях.
Бойцам пока хватало провианта, но все когда-нибудь подходит к концу. Вдобавок теперь Бершад предпочитал свежее сырое мясо, а не рис, хлеб или сыр – очевидно, из-за того, что его связь с драконихой упрочилась. Он прекрасно понимал, что до превращения уже недалеко.
Впрочем, это его не волновало. Вот уже несколько недель он обходился без нейтрализующего раствора Джолана, а связь с кочевницей воспринимал как нечто естественное и само собой разумеющееся.
За час до рассвета он вышел из Прели на запад, по мшистой тропе горного хребта, покрытой лиловыми цветами. Поначалу, покуда солнце не разогрело ей кровь, кочевница лениво следовала за Бершадом, перелетая с дайна на дайн, а к полудню расправила крылья и взмыла в небо, решительно устремившись на запад.
– Я рад, что ты нашла в себе силы озаботиться поздним завтраком, – сказал Бершад.
Именно поэтому он и любил ходить на охоту один, чтобы никто не косился во время его бесед с кочевницей, кружившей высоко в небесах.
Бершад раскрыл сознание, пропуская через себя ощущения драконихи. Кожу защекотало биение сотен звериных сердец. Немного погодя кочевница учуяла резкий запах вепря.
– Вепря мы ели два дня назад, – пробормотал Сайлас. – У тебя от кабанятины запор.
Дракониха заупрямилась.
– Нет-нет, питаться нужно разнообразно, – сказал Бершад.
Кочевница неохотно свернула на юг и заложила крутой вираж над джунглями, оставив без внимания и стаю мартышек, и стадо оленей, хотя знала, что Бершад любил оленину. Он не стал настаивать.
Потом дракониха заметила ягуара, дремавшего в ветвях дайна.
– Ха-ха, очень смешно, – сказал Бершад.
Кочевница полетела на юг, вдоль притока Зеленой реки, туда, где медленно билось сердце речного змея. Мерная, сильная пульсация крови говорила о том, что змей примерно десять шагов длиной.
– Может, не надо? – спросил Бершад. – В прошлый раз змей обвил тебе шею и так сдавил, что мне пришлось его разрубать.
Дракониха упрямо кружила над рекой.
– Ну ладно. Только тогда все сама-сама.