– Джолан, у нас нет времени на алхимические исследования. Необходимо во всем разобраться как можно скорее. Виллем и его бойцы вот-вот закончат составлять карту посадочных площадок. В Незатопимую Гавань я должна прийти не с десятью магнитами над головой, а с полным доступом ко всей системе. Но покамест мне не удается проделать даже щелочку.

– Отдохни, завтра снова попробуем.

Эшлин жадно выпила воды.

– Меня все беспокоит одна из команд.

– Удаленного доступа?

– Да. Что показывает астролябия, когда я его запрашиваю?

– Вот, взгляни. – Джолан крутанул ручку прибора назад, к тому моменту, когда Эшлин запросила удаленный доступ; все огни устройства погасли. – Видишь? Ничего не происходит.

– Вард не создает бесполезные приспособления. Что-то должно происходить.

Она устало потерла переносицу большим и указательным пальцами, прикрыла набрякшие веки.

– Эшлин, знаешь…

– Ты прав. Мне надо отдохнуть. – Она отключилась от астролябии. – Я здесь все приберу, а ты проверь, как там Кочан. Не хватало еще, чтобы он подорвался.

Джолан сообразил, что Эшлин хочется побыть в одиночестве.

– Хорошо. Я к тебе попозже загляну.

По подвесным мосткам в кронах дайнов Джолан отправился в хижину, где они с Кочаном сооружали бомбы.

В хижине повсюду высились груды металлических деталей, извлеченных из мертвых аколитов. Кочан, прикусив язык от напряжения, сосредоточенно возился с таймерами взрывных устройств.

– Привет, малец, – сказал он, увидев Джолана. – Как дела?

Джолан сел за верстак, опустил на него астролябию и уставился на нее:

– Да так, не очень.

– Что, секреты серокожих так и не раскрыли?

Джолан помотал головой: