– Не говори так!
Она посмотрела на Сайласа, потом на неболёт, вгляделась в созданные Озирисом кросны, заметила на земле обрывок золотистой нити…
Эшлин схватила нить и вложила в просвет между кольцами на руке. Нить мгновенно проникла под кожу.
Между нитью и кроснами тут же возникла связь, и Эшлин ощутила невероятную энергию, намного превосходящую мощность магнитных цепей или драконьих волокон. Перед Эшлин открывались невообразимые, пугающие возможности. Ей стал понятен истинный масштаб превращений, происходящих в теле Бершада. Внезапно она поняла, как их можно остановить.
Для этого требовалось лишь незначительное вмешательство.
Одно-единственное изменение.
И всё.
Месяц спустя
Месяц спустя
118. Джолан
118. Джолан
Джолан стоял на палубе «Синего воробья» рядом с Эшлин. Кольца на ее руке бешено вращались, устанавливая последний щит на саркофаг, в котором, под семью слоями металла и драконьей кости, покоились кросны Озириса Варда.
Сначала Джолан и Эшлин хотели просто уничтожить кросны, но жуткая машина поглощала и бомбы Джолана, и магниты Эшлин, становясь все больше и мощнее.
Поэтому ее решили похоронить. Спрятать от всего мира.
Разработав проект, Джолан и Эшлин собрали по всей Терре необходимые строительные материалы и вот уже целый месяц возводили саркофаг на одном из островов Сердечника.
Когда прочнейший купол накрыл всю конструкцию, кольца Эшлин наконец-то остановились. Эшлин с Джоланом долго смотрели на саркофаг, а потом Эшлин перевела взгляд на свою руку и легонько коснулась колец.
– Пора, – сказала она.
Она объявила Джолану о своих намерениях еще неделю назад, и он с тревогой ждал этого дня.