Девушка ударила кулаком по подлокотнику.

— Скоты! Две трети даже не удосужились ответить на мои письма. А из ответивших одна половина посмеялась, а другая запросила несусветные суммы. Триста тысяч талеров золотом!

На глазах княжны выступили злые слёзы.

— Никто не захотел мне помочь! Никто!

Не скатиться в истерику ей неожиданно помогла Таня. Она подошла к княжне, присела рядом на корточки, погладила по руке и протянула платок.

— Не плачьте, Тамара Георгиевна. Всё будет хорошо, Константин Платонович вам поможет. Честное слово, он настоящий волшебник, он всё может!

Княжна яростно сверкнула на неё глазами, но не сказала ни слова и не стала отталкивать.

Я сложил руки перед собой, смотрел на девушку и думал. Про дневники Бернулли ходили самые разные слухи: от описания тайных Знаков, до секрета философского камня. Впрочем, сын великого механика, сам известный учёный, объявил, что в дневниках только личные сведения, и отказался их демонстрировать. Если это не подделка, наверняка там найдётся много интересного. Впрочем, для меня дневники не сильно важны.

Сделать для несчастной калеки средство передвижения не так уж и сложно. Нет, никакой маленькой лошади, это несусветная глупость. Есть идеи интереснее и гораздо легче реализуемые. Вот только крылся в них один неприятный подводный камень. С помощью Знаков и Печатей невозможно сделать «мотор», вращающий колёса. Сколько ни пытались придумать связки для этого, ничего не получилось. Зато у меня была на примете забавная идейка, подсмотренная у кого-то из сорбоннских профессоров.

— Константин Платонович, так вы…

— Я помогу вам. Причём сделаю это сегодня же.

Княжна захлопала глазами.

— Таня, позови носильщиков Тамары Георгиевны и проводи её в компанию к Марье Алексевне, — я встал. — Надеюсь, вам понравится компания моих домочадцев.

— Я не хо…

— Тамара Георгиевна, мне понадобится ваше кресло. Но внизу есть отличный диван, уверен, вам будет на нём удобно.

Княжна собралась было возразить. Но, строго посмотрев на неё, я дал понять — хочет помощи, пусть слушается. Так что она насупилась, но кивнула.

Через десять минут орки-носильщики внесли княжну в «ателье» и осторожно пересадили на диван. Она сердито и настороженно смотрела на окруживших её женщин, будто дикая кошка.

Я шепнул пару слов Марье Алексевне, жестом приказал носильщикам нести кресло за мной и пошёл в кузницу.

* * *

Прохор с радостью ухватился за возможность соорудить новый механизм.