– Прошу прощения?

Лицо жрицы оставалось благожелательным, а глаза – пустыми.

– Мы приготовили вам комнаты.

Другая, темноволосая жрица закивала с широкой бесхитростной улыбкой.

– Они нам не нужны, – коротко и жестко, словно ножом, отрезала Каю. – Мы уезжаем.

Веснушчатая жрица склонила голову к плечу, будто любопытная птичка.

– На чем?

От этого вопроса у Рэд по спине побежали мурашки. Она повернулась и бросилась к дверям, в благоухающий сад, мимо качающих головками цветов, на границу дюн, откуда было видно сверкающую кромку моря.

Причал был пуст.

Глава тридцатая Нив

Глава тридцатая

Нив

– Расскажи мне историю, – сказала она.

Время в Тенеземье было субстанцией скользкой и неуловимой, отмечать его ход удавалось с трудом. В полной же темноте их коралловой тюрьмы это оказалось и вовсе невозможным. Не понять было, просидели они здесь три дня или три часа. Голод и жажда привычно не давали о себе знать. Единственным знаком того, что нечто меняется, были редкие гулкие раскаты, долетавшие от каких-то далеких землетрясений.

Судороги рассыпающегося мира.

Солмир откинулся головой на стену. Нив не настолько привыкла к темноте, чтобы видеть выражение его лица, но и без этого знала, что он выгнул точеную бровь над синим глазом.

– Какую историю?

– Любую. – Нив поерзала на полу. Найти удобное положение никак не удавалось, но попыток она не бросала. – Сказку, например.

Он фыркнул.