Водоросли снова растянули уголки рта Левиафана в широкую зубастую улыбку.

– Я знаю, что тебе не хочется есть, но счел, что ты могла соскучиться по вину.

Нив выпрямила спину, укутываясь в царственное спокойствие, будто в плащ, и стараясь не думать о спутанных волосах и грязной сорочке.

– По хорошему вину. – Она постучала пальцем по бокалу. – А не по… этому, что бы там ни было.

– А ты колючая штучка. И буквально, и образно говоря.

Нив сжала кулаки. Шипы торчали у нее из предплечий вдоль темных вен и цеплялись за потрепанную ткань подола. Она уже почти свыклась с тихой круговертью магии в груди, с ее неизменным холодком на краю сознания, но привнесенные ею внешние изменения Нив по-прежнему каждый раз ошеломляли.

Понимать что-либо по акульим глазам Левиафана было трудно, но она увидела, как тот склонил голову к ее руке, будто что-то заметив. Серебряное кольцо Солмира, блестевшее у нее на пальце.

– Как же вы друг за друга цепляетесь, – проворчал он.

– Не знаю, о чем ты. – Не самое убедительное возражение, но Нив просто не могла оставить подобное висеть в воздухе без ответа. Оно было слишком уязвимым, будто орган, трепещущий за пределами тела.

– А мне кажется, что знаешь. – Левиафан уронил одну руку на стол, второй продолжая подпирать склоненную голову. Такая поза наводила на мысли о легкой дружеской беседе, и оттого, что принял ее труп некогда-человека, любимого Левиафаном, у Нив свело живот. – Ты была там, Нивира Валедрен. Была между мирами, с сестрой, готовой на все, чтобы вернуть тебя домой, и решила остаться. – Он улыбнулся еще шире. – Как странно вы с ней меняетесь ролями. Спасительница и спасенная, злодейка и жертва. Хотя настоящей злодейкой всегда была только ты одна, не правда ли?

Нив сжала челюсти. И ничего не ответила.

– Так что, полагаю, в конечном счете не так уж странно, что вы с некогда-Королем сблизились. – Левиафан взял кусок хлеба и вонзил в него ряды акульих зубов. Чары слетели, едва хлеб оказался у него во рту – при виде серого студенистого комка водорослей Нив порадовалась, что не стала пробовать вино. – Вам обоим довелось побывать злодеями в непростых историях. Довелось носить неоднозначные венцы. Как венец Королевы Теней.

Божество умолкло. Какое-то время стояла тишина, потом раздался глухой удар по камням.

Нив резко обернулась на звук. Мгновенно возведенная для них богом тюрьма щетинилась кораллами посреди пещеры, плотная и непроницаемая. Изнутри нее донесся новый удар.

– Выпусти его, – приказ сам собой просочился у нее сквозь зубы. – Жестоко держать его там.