– А ты опасная, – рассмеялась Офелиса, украдкой хваля ученицу. – И без магии не пропадешь.

Чигуса только подмигнула Адхи и кивнула, чтобы он продолжал. А что ему еще оставалось? Ему чудилось, что тело распадается и плавится, парение среди белых линий уже не ощущалось прекрасным полетом сквозь смыслы и миры. Он просто сосредоточенно закрывал двери, тихо ненавидя все вокруг: атаку мэйвов, выпавшие на его долю испытания, страшную силу, угрозы Марквина, сам полет на дирижабле. Но верно сказали Ледор и Аобран, ведь они бросили вызов, чтобы победить. Адхи мог бы уйти с кудесниками, мог бы одиноко затеряться среди степей. На этом пути хватало развилок, чтобы остановиться и опустить руки, но каждый раз что-то мешало, останавливало на краю отчаяния.

«Дада! Ты мой путеводный огонек! Дом! Мы вернемся домой!» – напомнил себе Адхи, и тогда белые линии в руках засветились ярче, заплясали послушными ниткой с иголкой, бодро латая прорехи мироздания. Вскоре исчезла и третья дверь, а за ней и четвертая. Из пятой высочило еще двое мэйвов, но их атаковали подоспевшие Ледор и Аобран. Одного лично пронзила саблей неумолимая Лесита.

– Эй, кудесники, хватит дырявить мой корабль. Больше мэйвов не осталось, – усмехнулась капитан, когда Адхи уничтожил последний «прокол».

– И это твоя благодарность? – скривилась Офелиса, точно ей предложили очень кислый мандарин.

– Но ведь это из-за вас они напали, – пожала плечами Лесита. – За малым вашим гоняется какая-то тварь.

– Не совсем так. Это Марквин приказывает им атаковать любой дирижабль на границе Тхуадора. Мэйвы теперь служат королю, – помотал головой Адхи и спохватился: – Лесита, подавитель магии включен?

– Да, уже. Значит, королю… – смутилась Лесита, стирая с сабли черную кровь теневых мэйвов. – Это осложняет нашу задачу. Придется импровизировать.

– Как же я устал… Это было так… Так страшно! И все сошли с ума! – выдохнул Адхи, садясь на пол. Ледор и Аобран подхватили его под руки и понесли в сторону их каюты, которая, к счастью, осталась без особых повреждений.

– Но тебя избрал Белый Дракон, – увещевала Чигуса, отирая кровь у друга из-под носа. Хотя ей бы самой, как и всем уцелевшим членам экипажа, стоило позаботиться о ссадинах и глубоких порезах, нанесенных саблями. Немало пиратов оказались и жертвами незваных гостей: Адхи насчитал десять трупов, только пока они прорывались к грузовому отсеку. Но друзья, к счастью, почти не пострадали.

– Он говорит, что я просто услышавший. Не хочу быть избранным, – помотал головой Адхи, на заплетающихся ногах бредя по коридору, где снова горел свет. И в мерцании длинных ламп картина побоища делалась еще более ужасающей, наверное, на фоне почти домашнего уюта, которым раньше отдавали жилые отсеки гондолы.