Томе́о Дорса́н.

Единственный, кто выделялся из металлического озера одежд сунтлеоновцев своим идеально сидящим костюмом, скроенным по алхимической моде. Хвойного цвета глаза смотрели с легким надменным прищуром, а бритвенно-острые стрелки на брюках разрезали на лету заговоры и льстивые комплименты, которыми его одаривали с лживыми улыбками на устах. Светло-рыжие волосы до плеч были убраны в аккуратный низкий хвост, завязанный атласной лентой; козлиная бородка и усы добавляли ему интригующего шарма. Он весь был создан, казалось, из весенней зелени и осенней бронзы.

Встретившись с ним взглядом и удостоившись легкой улыбки, Теллария обмерла изнутри и поспешила смущенно отвести глаза. Буквально тут же ей в руку вцепилась боль.

– Если твоя мать увидит этот наряд, она перед всем Двором отправит тебя переодеваться, – произнес холодный голос.

Телла вскинула голову и посмотрела на дядю Де́ймона Терзие́са. Вообще-то, дядей он был для Ивессы, но так как именно ему королева поручила воспитание родной дочери, Теллария называла его так же.

Пожилой поджарый аристократ, чью осанку не смогли согнуть даже годы. Бледная кожа со старческими пигментными пятнами провисала по контуру челюсти. Деймон продолжал носить длинные волосы, которые зачесывал назад, несмотря на облысение. Они, некогда серые, поседели до по-королевски белого цвета, а голубые глаза стали блеклыми и почти бесцветными. Внешность Деймона нельзя было назвать выразительной, но он выделялся своей статью и манерами. Именно от него Теллария когда-то узнала, что прежде всего остального следует позаботиться о своем внешнем виде, а теперь он же ее и отчитывает.

Принцесса фыркнула, вырвав локоть из руки Деймона.

– Значит, она сама же устроит скандал. А мы оба знаем, что прилюдно она этого делать не любит. Так что прекрати, дядя. Я уже не ребенок.

Деймон слегка склонил голову набок, окинул Телларию надменным взглядом мудрых глаз и с высоты прожитых лет произнес:

– Тебе так кажется. Какой же ты еще ребенок, свет Со-Здателя Милостивого! Только маленькие дети твердят, что они более не дети. Хочешь быть взрослой, так и веди себя соответственно, Телла! Прекрати капризничать и помоги матери. Это все будет непросто, но нашей семье необходимо выдержать подобный позор с гордо поднятой головой, дабы ни одна плешивая лиса не посмела даже пискнуть в нашу сторону. Ты понимаешь меня?

Теллария быстро кивнула, чтобы отделаться от назойливого старика. В глубине души она любила его, даже больше, чем мать, которой вечно было не до нее. Для Ивессы существовала лишь наследница, лицо будущего Сунтлеона, но никак не родная, любимая дочь, которой нужна нежность и поддержка. А вот дядя… Он тоже походил на бельви́т, но все-таки иногда его выдержка таяла, и он мог даже обнять Телларию. Возмутившись наивным мыслям, принцесса одернула себя. Какое теперь значение имеет прошлое? Она стоит на заре новой главы своей жизни.