«Что же, мама, надеюсь, теперь ты будешь довольна, когда узнаешь, что я сделала. Я совершила то, что никогда бы не смогла ни ты, ни твой Корвус, – мысленно подстегнула себя Теллария и добавила еще решительнее: – Нужно немного подождать. Поймать правильный момент».

Совет Белых Когтей тем временем склонялся к отправке Лео́на Арстана в тюремное измерение либо в качестве узника, либо в качестве ссыльного рабочего под начало До́рена Волье́. Споры перекрывались спорами, как карты в ожесточенной игре на жеоды, советники ругались и перебивали друг друга, не желая слушать чужие доводы. Теллария понимала, что все движется к очередному испытанию в жизни брата. В этот раз в один конец. Из Гобаса не возвращаются прощенными. Впрочем, Теллария подумала, что все к лучшему. Если бы Леона простили, он бы в любом случае когда-то вернулся ко Двору. Королевскую кровь не разбавит вода. И угроза правлению будет преследовать Телларию по пятам до его смерти. А чего ей до зубной боли не хотелось, так это проливать кровь родного брата.

Все больше Белых Когтей высказывались за ссылку. Как вдруг что-то в этой схеме надломилось. Те́нра фон Гра́йт [25], молодой мужчина, красавец по сунтлеоновским меркам, невысокий, широкоплечий, с серыми волосами до лопаток, отливающими свинцовым лоском, и голубыми крупными глазами, смотрящими с вызовом на мужчин и смелой дерзостью на женщин. Первый сын первого сына, наследник семейства фон Грайт, количество детей которого уступало только их финансовому состоянию. Те́нра пришел в Совет на смену отцу, занимавшему должность Судебного Когтя без малого шестьдесят девять лет, и мгновенно подкупил своей харизмой большинство членов Совета. С самого первого заседания, в котором он принимал участие, наследник империи судей отбил все претензии к себе с точностью величайшего стрелка. Начиная с его юного для Совета возраста – тридцать лет, заканчивая сомнениями в его компетенции.

– Уважаемые рэвы и рэвии, – проронил негромко Тенра, вальяжно опершись локтем на подлокотник и уткнувшись подбородком в кулак. Левая бровь, рассеченная затянувшимся шрамом, вздернулась вверх и придала ему надменной уверенности в себе. Голоса других Когтей смолкли, к нему обратились выжидающие взгляды. – Смею вам напомнить, что мы не Совет Склочников и Сплетников, коих носит непоколебимая твердь Нееры, но доверенные лица королевы. И речь наша идет о ее сыне. Рэва Энеа, я покорнейше прошу вас более не употреблять по отношению к принцу гнусные прозвища, данные ему в народе. То, что рэв Арстан внешне отличается от нас, ни в коем разе не делает его виноватым в этом. В нем течет королевская кровь. И мы обязаны это уважать.