– Анелия? – внезапно раздался низкий мужской голос.

Эльвия вздрогнула от неожиданности и бегло огляделась: ни дедушки, ни Амара она не увидела, да и тембр говорившего был другой. И тут она поняла, что звук идет от стекты.

– Анни, это ты?

– Ну, конечно! – Эль хлопнула себя ладонью по лбу. – Помехи связи!

Она рванула к стекте и схватила ее, как драгоценность.

– Передаю сигнал SOS, – Эль громко и четко произнесла каждое слово, решив, на всякий случай, утаить, что она не Анелия. – Для Айсин Фарфалы. Шамадор. Чайка в Ни…

Острое ледяное лезвие ударило в стекту, с треском разбив ее. Мелкие осколки вонзились в ладонь Эль. Она стиснула зубы, сдержав крик боли, и обернулась. Перед ней стояла Айси.

* * *

Рассказ был сухим и сжатым, лишенным красочных эпитетов или завораживающих подробностей. Поскольку заряд телефона стремительно падал, на них попросту не хватило бы времени.

Гитер Домитор был чудаком и искателем приключений, душой, рвущейся к невиданным высотам. Однако такие амбиции всегда идут рука об руку с безумием. Когда он попал в Орден Правосудия и был направлен на свою первую миссию, из-за его грубой должностной ошибки Ярен вырвалась из-под охраны. Она погубила тридцать человек и чудом не прикончила самого Гитера. После пережитого потрясения он решил посвятить себя семье. Впрочем, его понимание семьи отличалось от понимания большинства людей. Итарина знала о двух внебрачных детях, которых отец заделал в попытке сохранить себя через своих потомков.

Но даже желание продолжить род не затмило его жажду великих открытий. Он воспылал бессмысленной идеей уничтожить Ярен, чтобы, по его словам, та никогда больше не смогла преследовать его семью. Итарине, Алфиану, Рену и их детям пришлось инсценировать свои смерти и не дать Гитеру использовать своих внучек в качестве приманок.

И жизнь их, казалось, наладилась, пока Орден Правосудия после бесчисленных попыток не приговорил Гитера к казни посредством разрывов в Нихиле. Итарина не имела понятия, что он придумал в тот раз, но он обхитрил все лучшие умы Нееры. А позже заявился к ним на Землю, утверждая, что устал от попыток насильно изменить мир. «ЗолСум должен произойти тогда, когда вся Неера будет к нему готова», – сказал он, появившись на пороге ее дома. Его ложь вскрылась спустя долгие годы, когда Эльвия и Айсин исчезли без следа.

Так обрисовывают сводки экстренных новостей: быстро и по-деловому, когда есть необходимость впихнуть огромный пласт информации в несколько абзацев. Но и за это время огненный запал Айси успел потухнуть, и питаемая злостью чернота убралась обратно в темные закоулки ее души. Айси внимала словам родителей и хотела лишь одного: чтобы это сумасшествие оказалось ненастоящим. Ей живо представился удивительный мир, где этот звонок – ежедневная рутина ее земной жизни, в которой она успешно борется с преступностью, а на выходных привычно звонит родителям и объясняет, что не голодает и в опасности не лезет.