– И мне приятно иметь с тобой дело, – заклятая подруга ухмыльнулась и поспешно встала, шевельнув воздух тяжелой юбкой, как только Мерику освободили от дачи показаний.

– Хаминия, – позвала ее Нарина. – Наступит момент, когда я верну тебе долг.

– Угрожаешь?

– Предупреждаю.

Хаминия смерила ее колючим взглядом, горделиво вздернула подбородок и подтолкнула Мерику вперед. Тем временем суд, заслушав показания всех свидетелей и рассмотрев улики, встал для вынесения приговора. Ондар набрал в грудь побольше воздуха, его водяные волосы колыхнулись, и на кончики у плеч накатила вспененная волна.

– Гитер Домитор признается виновным по всем выдвинутым против него обвинениям и приговаривается к пожизненному заключению в искусственной коме. Приговор приведется в исполнение завтра на закате. Решение обжалованию не подлежит.

Зал взорвался: с разных сторон летели угрозы, восхваления благоразумию Ордена, споры, крики, гам заполняли зал, точно поступающая в трюм соленая вода. Если задержишься здесь слишком долго, утонешь, поэтому Нарина, собрав всю волю в кулак, направилась к выходу.

Эпилог

Эпилог

Лунас решительно постучал в дверь, блистательно улыбнувшись. Он надел белоснежный парадный костюм, в котором обожал щеголять на важных мероприятиях, приписывая себе принадлежность к сунтлеоновской элите. Волосы он заплел в свободную косу, чтобы выглядеть солидным и собранным, и теперь несся навстречу ожидаемому вознаграждению. Ему пришлось пропустить последнее заседание Ордена Правосудия – открытый суд над Гитером Домитором. Но Лунас был убежден, что после члены Ордена собрались в приватной обстановке, обсудили заслуги каждого в поимке опасного преступника и решили наградить особенно отличившихся. И так как он не смог присутствовать, его коллега Нарина наверняка собиралась сообщить, каких почестей он удостоился.

– Арона Опирум? – еще раз постучал Лунас, преисполненный энтузиазма. Его обуревало любопытство и плохо сдерживаемый восторг. Он искусно провел двойную игру, выследил давнего врага Ордена и победил могильный вирус! Да он настоящий гений! И герой. Лунас ощутил такой прилив самоудовлетворения, словно его короновала сама Ивесса Арстан.

– Войдите, – сдержанно произнесла Нарина, и дверь в ее кабинет, наконец, исчезла.

Лунас уверенно шагнул внутрь, кивком поздоровавшись с директрисой.

– И помните, аронита де Вита, еще неделю в госпитале под наблюдением аро Атея, и только потом сможете вернуться к учебе.

Лунас не сразу заметил Эль из-за высокой спинки кресла, в котором она сидела.

– Да, конечно, арона Опирум, – голос Эльвии звучал живо и весьма бодро.