Так что же ты молчишь, Марианна Рой? Если бы поделилась своей болью с любимым, то может стало бы легче, и не надо бы было убегать. Если бы поделилась своей болью с другом, то может не связалась бы с вампиром. А если сейчас, тот самый последний момент, когда еще можно хоть что-то исправить, продолжая молчать можно действительно привести себя к концу света. И тогда ее прорвало.

Она изливала весь поток мыслей, открылась без страха быть уязвленной в самое чувствительное место, той самой принцессе, нагини, что, умирая, так же открывала и ей свое сердце. О всех своих страхах и чувствах, о своей безумной любви к Селдриону, которая будто бы жила еще до ее появления в замке и только там пробудилась. И то, как все попытки сдержать ту любовь, обуздать, охладить, сделать из нее нечто несуществующее, с треском проваливались и причиняли вред лишь ей самой. И каждая из тщетных попыток, будто только больше усугубляла, усиливала привязанность. И ей казалось в тот самый момент, что будь она на его месте, то поступила бы точно так же. Пошла бы за ним хоть на край света. Так хотелось уйти с ним сейчас. Куда угодно уйти, лишь бы быть с ним. И снова клином врезалось, безжалостно рассекая ее мир то самое жестокое, самое-пресамое жесточайшее слово – НИКОГДА.

– Ну почему же – никогда? – Откровения тронули Харшу.

– Да потому что! Потому что нет у меня другого пути. И не было никогда. Я должна отдать взятое напрокат. То, что чуть было не погубило меня. А он…он забудет меня, если еще не забыл и сто раз не пожалел, что пошел за мной. За предательницей. Наши жизни так отличаются. А моя столь кратковременна. Нам все равно не быть вместе. Никогда. Никогда! Нельзя подставлять под удар всех существ лишь потому, что я захотела жить долго и счастливо.

– Может тогда мы найдем того, кто смог бы тебя защитить от Аймшига? К чему эти жертвы. Ведь что за предубеждение – либо я, либо они. Если ты будешь счастлива, то все остальные нет. Если все остальные будут счастливы, то ты – нет. Как это умещается в твоей голове?

– Нет, Харша, это пустое. Хватит болтать. Все уже решено. Мне лишь надо принять свою судьбу.

– Ну, а если твоя судьба – это бороться за своё счастье?

– Но я не хочу бороться. Счастье – это то, что приходит само. За него не нужно бороться. Было бы ошибочным думать обратное. И если в жизни мне предстоит лишь борьба, то я не хочу такой жизни. Я знаю лишь одно. Что я больше никого не полюблю. Никогда. И пусть я останусь одна до конца своих дней. Ничего страшного. Пусть так. – Марианна категорически замотала головой.