– Давайте уйдем отсюда…

– Нет, что ты! Я европейцев раз в год вижу и то не каждый год. Сейчас мы поспрашиваем у него откуда он и зачем приехал.

– Мы же пришли сюда ждать ваших знакомых, вы что забыли? Они уже не придут. Все уже разошлись. Пойдемте скорее. Если у нас будут неприятности… – И Харша опять оборвала себя на полуслове боясь нарушить обет, не договорив, что иначе будет винить во всем ламу Чова. – Ладно, вы тогда оставайтесь, а я пойду.

– А ну, куда собралась! – И йогин быстро поднявшись стукнул ее ладонью по лбу.

Рихард оторопел от такого жеста, а потом рассмеялся и повернувшись к своему столику позвал гида-переводчика. Пока тот шел, мужчина протянул руку косматому отшельнику для знакомства. Лама Чова не растерялся, сильно стиснув руку гостя, так, что тот охнул от неожиданности и снова захохотал довольный. Затем спросил через переводчика.

– Почему вы сделали это?

– Ой, да это моя глупая дочка. Ну совершенно дикая. Я ей говорю – да когда ты уже замуж выйдешь, ведь я-то совсем старый, когда умру, кто за тобой следить да ухаживать будет?

– Да дочка-то у вас уже совсем взрослая. – Он смерил оторопевшую от услышанного Харшу взглядом. – Это ей в пору за вами ухаживать.

– Ты прав, – отозвался лама, – да только как хочу ее засватать, она все одно твердит – боюсь и все тут. Как скажи, с такой справиться?

– Мужчин боится? И меня боится? – Рихард заинтересовался.

– Это ты ее сам спроси. – Лама быстро перевел ответственность.

Рихард открыл было рот, но к столу уже подошли остальные спутники. Он повернулся:

– Кстати, знакомитесь, это Томас – мой зять, – он махнул рукой с сторону светловолосого бородача, – Камал – наш непальский проводник и Пхубу – наш тибетский переводчик. Мы с Томасом путешествуем на байках по здешним горам. Сам я – бывалый путешественник. Объехал на двухколесном коне почти пол мира, для Томаса же это первое путешествие в жизни. Я говорю ему – хватит сидеть дома. Тем более, когда в стране локдаун. Что это за жизнь – работа-дом, дом-работа. А сейчас вообще даже на работу не сходишь. Сидит с женой в одной квартире сутками. Нечего-то к юбке привязываться. Мужик должен быть мужиком. А то Клара тебя быстро под себя подомнет. Ох уж эта проклятая эмансипация и толерантность, которой болеет наша страна. Это ведь как рак. Понимаете, как рак разъедающий здоровый организм. Знаете, что такое рак? Это болезнь такая. – Рихард уже порядочно набрался, то и дело подливая себе, и его стало заносить. Вторая стадия. Томас сидел потупившись, вперив взгляд в свой стакан с полудопитой брагой, Камал довольный кивал головой из стороны в сторону, будто подписываясь под каждым сказанным словом, а у Пхубу был такой же страдальческий взгляд как у Харши, когда она слушала эту тираду. Он сразу понял, кто сидит перед ними и теперь ему было очень стыдно, за Рихарда, за себя и за свою работу, которой он так гордился вплоть до этого момента. Когда рассказчик остановился, и настало время переводчика, Камал юркнул как мышь к прежнему столику, подобрав спрятанные бутылки с бензином, заботливо переставив их себе под ноги.