– Ты что, старик! Мы добрались до твоего Рару, мы знаем, где живут эти ублюдки, мы в двух шагах от них, а ты хочешь идти спать?! Я правильно понял, что одного из братцев долбануло током? Ну, вот видишь! Мы на правильном пути. И не стоит с него теперь сворачивать. Где этот чёртов рынок? Где этот колодец? Давай, веди.

Спорить с ним было безполезно. Да и в душе я понимал, что он прав. Стесняться не приходились. Сам я едва ли стал бы действовать так быстро и без оглядки, но за нас обоих действовал Конрад, и я не нашёл, что возразить.

Мы поплутали по узким улочкам, пока ни вышли к погружённой в ночную тьму пустой рыночной площади. Полярная звезда указала нам северное направление, мы свернули налево и снова долго не могли отыскать упомянутый Альфондом колодец. Рару мало чем отличался от моей деревни, где ложатся с закатом и не любят понапрасну жечь свет, поэтому всюду царил полумрак, разгоняемый редкими ося от моей деревни, где ложились с закатом и не любили понапрасну жечь свет, поэтому всюду царил полумрак, разгокошками, за которыми ещё продолжалась засыпающая жизнь.

Я нисколько не удивился тому, что отыскал колодец именно Конрад, просто наткнувшись на него, тихо выругавшись и призвав меня посмотреть, обо что это он в потёмках так больно ударился коленом. Красоту решётки мы оценить не смогли, но она явно была витой и чугунной, а значит, мы оказались на месте.

Я принюхался. От кузниц обычно пахнет сажей, чадом, горячим металлом и потом, однако ничего этого я в окружающем колодец воздухе не уловил. Похоже, братья давно не зажигали горн и отложили молоты в долгий ящик.

– Что будем делать? – спросил я.

– Раз видеть нельзя, будем слушать.

И снова Конрад оказался прав. Когда наши уши привыкли к звукам ночи и стали отсеивать всё лишнее, я явно услышал чьё-то нечленораздельное бормотание, причём на повышенных тонах. Мы двинулись на голос и скоро определили, из какого дома оно доносится.

– Что у вас принято делать с непрошеными гостями? – поинтересовался Конрад, и я представил, как он улыбается.

– Зависит от хозяев. Могут за стол усадить, а могут палкой огреть. А ты что, прямо так к ним нагрянуть решил?

– Почему нет? Разве мы не хотим вернуть то, что принадлежит тебе? И разве мы не подозреваем, что эта штука именно там?

– Да, но…

Моё слабое возражение прервал стук в дверь. Стучал Конрад. Я не видел его лица, но мог предположить, насколько решительно он настроен. Неужели, мелькнула мысль, они все на большой земле такие смелые до наглости?

– Кого там носит? – уже спрашивали из-за двери.