Ещё одной приятной неожиданностью стало то, что наши хозяева не взяли с нас денег за постой, а только за столование. Отец семейства доверительно сообщил мне, что у них с Песталом и с советом в его лице свои отношения да и живут они вполне зажиточно, так что могут себе позволить иногда допустить щедрость. Так и сказал. Мне ничего не оставалось, как только его поблагодарить, однако в душе у меня осталась червоточина, которой я ни с кем делиться не стал. Особенно при виде того, с какой гордостью Фриана посматривает на Конрада. Я это понимал и был ей благодарен, о чём не преминул поставить её в известность, что закончилось дружескими объятиями и шуточным поцелуем. Однако вообще-то так у нас не делалось. Собственно, деньги для того и существовали, чтобы посредством них решать вопросы между посторонними людьми. Убери деньги, и ты оказываешься должником, пусть даже никто не говорит об этом вслух. Наши хозяева и дядя Фрианы находились именно в таких отношениях, которые почему-то считали взаимовыгодными. Это их личное дело. Мне не нравилось, что мы тоже оказались в них вовлечены. З. ЗЗЗваадумался я на сей счёт уже в тёплой постели и долго мучить себя сомнениями не стал – быстро уснул после непростого дня.

Не знаю, чем Конрад занимался со своей подружкой ночью, но утром оба выглядели на удивление бодрыми и активными. Мы позавтракали за одним столом, и я поинтересовался у девушки, насколько хорошо она знает город. Фриана призналась, что не очень. Родители привозили её сюда несколько раз в детстве, которое было не так давно, но успело позабыться. На вопрос о дяде она честно ответила, что, судя по его вчерашней реакции, он совсем не прочь помогать нам сейчас и в дальнейшем. Те взгляды, которыми они с Конрадом в этот момент обменивались, красноречиво говорили мне, что этого уже не избежать.

Местного ветра мы всё-таки вкусили, хотя нам пришлось отправляться за ним к самому морю, где нас встретили голые скалы и сумасшедшие чайки. Нахохотавшись и проверив парусность своей одежды – родители сфотографировали Трине, как она почти лежит на ветру, раскинув руки – мы отправились на телефонную станцию, находившуюся неподалёку, в порту, а оттуда вернулись в центр города, то есть в крепость, со стен которой тоже открывалось немало живописных видов, а из бойниц дуло так, что вдавливало в противоположные стены.

Я показал башню, откуда по преданию красавица Элинор впервые увидела троих братьев из Доффайса, которые пришли к ней свататься. Эту историю я начал рассказывать ещё в Доффайсе, где считалось, что отец Элинор их долго призывал и всячески заманивал, а закончил здесь, на месте непосредственных событий, где считалось, что они напросились к ней в мужья сами.