Светлый фон

Сердце Антохи сжалось. Он вспомнил, как в детстве Гоблинович водил его в парк, и вместе они мастерили кормушки для птиц… А ещё дядька научил Антоху читать намного раньше, чем тот пошёл в школу. Наверное, хотел его нормальным человеком вырастить.

Иннокентий рассказал ребятам, что дома на них даже успели написать заявление – не из-за коммуникатора, а из-за той «ласточки», которая находилась в гараже. Впрочем, это было совсем не важно для убитой горем матери. Позже явился Гоблинович и принёс новости про Антоху. На радостях женщина дала денег хозяину машины – и тот забрал заявление обратно.

– Так что порядок, можно смело возвращаться, – довольно заключил Иннокентий.

– А я даже документы не взял, когда на базу летели, – вздохнул Дюндель.

– Ничего, повезём тебя в скрытом отсеке, когда снова за какахами полетим, – успокоил его Гоблинович.

Дюндель странно смутился и опустил взгляд.

– Спасибо за синяк, – тихо сказал он.

– А это ты меня научил, – отозвался Гоблинович.

Дюндель оторопел. Лицо Иннокентия озарилось усмешкой – хитроватой и снисходительной.

– О чём вы говорите? – удивлённо спросил рэпер.

– А помнишь, когда лось чуть было гараж не протаранил? – весело произнёс Гоблинович. – Ведь это ты повернул рычаг… Тогда-то я и понял, что нужно не только думать, но и действовать. Нас, интеллигентов, часто упрекают в слабости. Потому что мы слишком много думаем и сомневаемся. А те, кто понаглее, идут напролом. Партизаны в этом плане молодцы: не только рассуждают, но и борются.

Ребята слушали дядьку – и внезапно Антоха понял, почему «пацанское» сознание так сильно презирает образованных людей.

– Помните, ребята, я рассказывал вам о Программе Всеобщей Дебилизации? – спросил Гоблинович.

Елдыринцы знали о программе давно – ещё с тех пор, как жили у Фридриха.

– Так вот, – продолжал Иннокентий, – теперь мне кажется, что и у нас в Елдыринской Губернии существовало – или существует – что-то подобное. Судите сами: народ совсем перестал читать – а если и читает, то только псевдонаучную псевдофантастику или вовсе бульварщину. Люди тупеют и опускаются. Зачем развиваться, если это не принесёт тебе денег? Врачу, преподавателю или учёному много не заплатят. Единственный способ заработать – это покупать за два и продавать за пять. К чему тут образование? Но и у тех, кто купил за два и продал за пять, рано или поздно отберёт государство… Так и живём без перспективы – среди хамства, невежества, безразличия…

Иннокентий печально вздохнул. Его простая речь звучала как откровение. Внезапно Дюндель осознал, почему Иннокентий стал партизаном.