Светлый фон

Визулинда слушала, не перебивая, и в глазах её горел огонёк любопытства.

– Их можно сколько угодно подавлять грубой силой, – продолжал полковник. – Этого хватит на одного правителя или на двух… Но в конце концов найдутся те, кто захочет использовать массовое недовольство. Можно, конечно, оставаться у власти различными способами. После нас хоть потоп, верно? Однако это скучно и грубо с точки зрения искусства управлять. Тому, кто желает хорошо повеселиться, нужно придумывать более тонкие манипуляции. И здесь перед нами открывается простор для творчества – вплоть до того, чтобы разработать собственную доктрину…

Всё это время принцесса смотрела на Зугарда с восхищённым удивлением. Довольный собой, он продолжал её очаровывать – как вдруг она оживилась, и взгляд её засиял от какой-то радостной находки.

– Зугард, – внезапно сказала принцесса, – да вы пишете!

Полковник смутился.

– Как вы узнали? – проговорил он и тут же поправил себя: – Точнее… с чего вы взяли?

– Дайте почитать! – взмолилась принцесса.

– Ну, если вы настаиваете…

На следующий же день он принёс ей лайку со своим творчеством. Визулинда читала его несколько вечеров подряд и иногда присылала небольшие комментарии.

«Мне нравится ваш ироничный стиль, – писала Визулинда, – но куда пропадает чувство юмора, когда дело доходит до крутизны главного героя?»

Или:

«Вам следовало поступать в инженерные войска. Ваша способность строить сложные конструкции впечатляет».

«Синтаксические войска? – отвечал Зугард. – Вы предлагаете атаковать врага извилистыми фразами?»

«Как метод психической атаки – если враг совсем тупой. Вот вам новый сюжет для очередной героической саги… Злободневно?»

«А вы бы о чём писали?»

«Не знаю, но никто бы не ушёл необиженным».

«И отовсюду торчали бы ваши феминистические уши?»

Принцесса насмехалась; полковник прощал.

– Знаете, я всё же полюбила ваше творчество, – призналась Визулинда, когда через пару дней они с Зугардом снова увиделись. – Вы хотя бы не воспринимаете всю эту патриархальную романтику всерьёз.

– Где вы усмотрели патриархальную романтику в моих произведениях?